НовостиФорумПишите намФотогалереяПоискАрхив

С Новым годом, 2017-м!

С Новым годом, 2017-м! Семнадцатый год в России – говорящая цифра. Её знает каждый житель нашей страны. Поэтому поздравления с наступающим семнадцатым годом звучат несколько двусмысленно.
Подробнее »

 
дмитрий линтер:
«ночной дозор» защитит солдата алешу
По имеющейся у «РВ» информации, эстонские власти намерены твердо добиться демонтажа расположенного на Тынисмяги памятника советским солдатам-свободителям Таллина от немецко-фашистских захватчиков. О ситуации вокруг Бронзового солдата корреспонденты «РВ» побеседовали с одним из лидеров эстонского народного общественного движения «Ночной дозор» Дмитрием Линтером.

- Дмитрий, вы один из активистов «Ночного дозора». Расскажите нам, пожалуйста, о вашей организации, ее задачах, обстоятельствах создания.

- «Ночной дозор» никто специально не создавал. Он возник стихийно. Ситуация складывалась следующим образом. Эстонские националисты начали устраивать провокации, направленные против памятника на Тынисмяги. Например, один из первых выпадов против Бронзового солдата произошел 9 мая прошлого года, когда один из активистов эстонских националистов, бывший полковник американской армии, пришел на Тынисмяги с плакатом, гласившим, что «памятник воину-освободителю в центре Таллина оскорбителен для эстонцев, и что его надо убрать». После этого 20 мая у памятника собрались неонацисты и потребовали его снести. Параллельно совершались попытки осквернения памятника.

Постоянные акты вандализма вызвали недовольство общественности. Однако министр внутренних дел Эстонии заявил, что его подчиненные охранять Бронзового солдата не будут, так как у министерства на это нет денег. А премьер-министр Андрус Ансип вообще заявил, что памятник надо демонтировать. В качестве реакции на действия правительства Эстонии и неонацистов несколько жителей Таллина решили дежурить у памятника на Тынисмяги. Так что все началось с инициативы нескольких человек.

Защитники памятника решили дежурить по ночам. В первую ночь пришло два человека, в следующую – было уже пять человек. В прессе стали появляться фотографии этих ночных дежурств. На третий же день начавшейся вахты под фотографиями в газете появилась подпись «Ночной дозор». Так нас и окрестили. А далее – через неделю на дневное дежурство вышло уже более тысячи двухсот человек. Так что «Ночной дозор» возник стихийно и всего за неделю.

Появление «Ночного дозора» настолько раскалило ситуацию и испугало власти, что они оградили памятник, выставили полицейских и были готовы начать против людей, пришедших к Бронзовому солдату со свечами и цветами, полицейскую операцию. Эстонская политическая элита пыталась спровоцировать столкновения. Но этого не произошло благодаря мудрости возглавлявших в тот момент «Ночной дозор» людей. Чтобы избежать полицейской операции, они увели своих сторонников к «Часам Свободы», к которым и были возложены цветы. Таким образом мы избежали прямой конфронтации с полицией.

Со временем «Ночной дозор» превратился в некую сетевую структуру, не имеющую четкого членства. Мы никак не зарегистрированы. И списки наших активистов нигде не зафиксированы. Это сделано в первую очередь для того, чтобы нашу структуру нельзя было взять под контроль или разгромить. А именно этого очень хотят эстонские националисты и власти – ведь мы находимся на передней линии борьбы против возрождения идей фашизма и реваншизма.

Основная наша задача – охранять памятник. Месяц назад мы опять взяли его под круглосуточную охрану. Дело в том, что неонацисты в преддверии Дня независимости 24 февраля и последовавших выборов в парламент готовили несколько провокаций, начиная от закидывания памятника камнями, кончая попыткой одеть на голову Солдату венок из колючей проволоки. Были и нападения на людей, возлагающих цветы к памятнику. Ситуация постепенно накаляется, а полицейские не вмешиваются и откровенно попустительствуют неонацистам.

Вы знаете, у меня есть твердое убеждение, что продолжающаяся атака на памятник – не проблема только Эстонии. Это уже проблема Евросоюза. И это проблема не России. Хотя я и признаю, что Россия как правопреемник Советского Союза, страны антигитлеровской коалиции, имеет право требовать прекращения глумления над памятью павших солдат. Но все-таки еще раз подчеркну, что это не проблема России – это не ее территория.

- Как вы думаете, может ли привести борьба за сохранение памятника на Тынисмяги к возрождению политических структур русскоязычной общины Эстонии? Как мы знаем, в начале 1990-х эстонским властям удалось не допустить этого, расколов и маргинализировав русскоязычные организации.

- Мы пока не смотрим так далеко. Но у нас есть четкие тактические задачи на ближайшее время. Во-первых, отстоять памятник, во-вторых, перевести эту ситуацию в плоскость дальнейшего политического влияния. В Эстонии не решены многие вопросы, касающиеся прав русских и русскоязычных, и мы планируем их поднять. Но для того чтобы двигаться дальше, мы должны решить хотя бы один вопрос – тот, вокруг которого мы и консолидировались – то есть отстоять Бронзового солдата. Поэтому мы не думаем о том, как мы можем структурироваться, зафиксировать свое членство или получить дополнительные ресурсы – мы просто делаем свое дело. И отвечаем на те вызовы, которые ставит перед нами сегодняшнее время. А вызовы острые и обусловлены в первую очередь тем, что нынешняя политическая элита Эстонии не слышит населения своей страны, дистанцировалась от него. Власти считают, что реваншистские идеи смогут поднять эстонскую национальную мысль и консолидировать некоторую часть общества. Мы же считаем, что эта позиция ошибочна.

Наша задача в принципе гораздо шире, чем просто возрождение в Эстонии русской общины. Мы хотим воспрепятствовать возрождению фашизма в Европе в целом, внося борьбу с неонацистскими идеями свою лепту. Фашистские настроения достаточно сильны. Они одно время ослабели в соседней Латвии, но сейчас опять стали усиливаться. Их возрождение может произойти в Польше, в Венгрии. Поймите, что достаточно перенести Бронзового солдата в Россию или просто переместить его, то это создаст прецедент и породит цепную реакцию со стороны других националистов. Эстония просто находится в авангарде реваншистских идей. Именно в эту сторону направлен ее политический вектор.

Мы же находимся в ином векторе. Я сам по национальности эстонец. Но считаю, что Россия – это не просто сосед, а в первую очередь – дружественная нам страна. Мы в определенный момент разошлись по разным квартирам, но это не значит, что мы должны перестать ходить друг к другу в гости.

- По национальности какой приблизительно состав «Ночного дозора»? Много ли среди ваших сторонников эстонцев?

- Я затрудняюсь ответить. Но однозначно – в наших рядах много и эстонцев. Процентов десять от общего числа активистов, как минимум. Мы не являемся чисто русскоязычной организацией. Среди членов «Ночного дозора» много людей, с акцентом говорящих на русском.

На самом деле очень сложно говорить об этом ввиду размытости «Ночного дозора». И нас вообще не очень много. По первому звонку мы можем собрать человек сто. Но для Таллина, где всего четыреста тысяч жителей, и из них сто сорок тысяч русских, это немало.

- Как вы оцениваете усилия российской внешней политики и дипломатии по противодействию демонтажу памятника на Тынисмяги?

- Я могу сказать так – я просто не вижу никакой внешней политики России в отношении Эстонии в целом. Не видно концепции противодействия бросаемым в отношении России вызовам. Хотелось бы, чтобы внешняя политика России была твердой, иногда жесткой, но прогнозируемой. Не нужны открытые санкции или угрозы их применения.

Эстония в Европе воспринимается как консервативное государство, хотя и с некоторыми своими «заскоками». Угрозы же применения санкций приведут к тому, что европейцы встанут на сторону Эстонии. Даже несмотря на возрождение в ЭР неофашистских настроений.

Хотелось бы видеть четкий вектор российской внешней политики. Чтобы не было постоянных «шараханий». Когда сначала делаются жесткие заявления, а потом дезавуируются. А рычаги влияния у России есть. Дело в том, что большинство спонсоров эстонских правых партий имеют бизнес в России или связаны с «перевалкой» российских грузов через эстонские порты. Кстати, ряд даже российских олигархов также поддерживают эстонские правые партии.

- Какими вы в будущем видите отношения России и Эстонии?

- Я бы хотел их видеть дружественными. Но сейчас, к сожалению, существует обратная ситуация. Наши две страны являются серьезными оппонентами по многим вопросам. И, видимо, в ближайшее время мало что изменится. Эстония будет настаивать на признании факта оккупации и связанных с ним правовых последствий.

Отношения с Россией будут напряженными при сохранении курса и идеологии нынешней политической элиты Эстонии. В ее «перевоспитании» я и вижу задачу «Ночного дозора». Мы должны убедить эстонские власти, что у нас в стране живут не только эстонцы, что мы не моноэтническое, а многонациональное общество. Эстонские власти должны понять, что у людей других национальностей есть свои взгляды и что все люди имеют право на свое мнение. Хотя бы потому, что все мы одинаково платим налоги. Я думаю, это будет способствовать и улучшению отношений с Россией.

Мы хотим добиться начала диалога как внутри эстонского общества, так и с Россией. Сейчас эстонские власти пытаются решить имеющиеся проблемы волевым односторонним способом. Мы же пытаемся доказать, что это неприемлемо. Ну нельзя сносить памятники. Нельзя навязывать обществу единственную точку зрения на историю.

Нужно учить людей толерантности. Мы живем, в конце концов, в Европейском союзе. И символ «Ночного дозора» - это европейский флаг с георгиевской ленточкой. Мы европейцы, но у нас есть ценности, которые объединяют и европейцев, и россиян. И эти ценности подвергаются сейчас в Эстонии надруганию. А мы эти ценности отстаиваем.

- Вы сейчас сказали, что проблема памятника на Тынисмяги имеет в большей степени европейское измерение. Что должен сделать Евросоюз, чтобы предотвратить развитие ситуации и упредить подобные действия эстонских властей на будущее?

- Жестко осудить действия парламента по принятию гробокопательского закона. Жестко осудить попытки реваншизма в целом. И вызвать представителей эстонских властей «на ковер» в Брюссель. Но этого не делается. Поэтому и нарастает конфликт. Как будто кто-то специально усугубляет ситуацию. Я могу сказать одно – если что-то случится на Тынисмяги, то и памятники эсэсовцам в Эстонии долго не простоят. Поэтому я еще раз говорю, что нам нужен диалог. Во имя будущего нашей страны.

Автор - Беседовали Дмитрий ЕРМОЛАЕВ,Станислав ТАРАСОВ. 

30.03.2007 

 

Вернуться назад Версия для печати
 
 
 
В случае опубликования материалов ссылка на "Riga.Rosvesty.ru" обязательна.
Федеральный еженедельник «Российские Вести»
Все права защищены 2006 ©