НовостиФорумПишите намФотогалереяПоискАрхив

С Новым годом, 2017-м!

С Новым годом, 2017-м! Семнадцатый год в России – говорящая цифра. Её знает каждый житель нашей страны. Поэтому поздравления с наступающим семнадцатым годом звучат несколько двусмысленно.
Подробнее »

 
Линда Мурниеце: Я пытаюсь найти дыры, через которые утекают деньги
Latvijas Avīze (перевод)
В редакции "Latvijas Avīze" гостит министр внутренних дел (и исполняющая обязанности министра здравоохранения) Линда Мурниеце, с которой беседуют Волдемар Крустиньш и Эгилс Лицитис.

LA: Г-жа министр, государство существует двадцать лет, а в системе внутренних дел пара сотен полицейских до сих пор не знает латышского языка! Русские газеты уже волнуются, что их выгонят на улицу, будут преследовать, пытать латышским языком. Что же на самом деле происходит?

Мурниеце: Мне тоже кажется, что человек не может работать в полиции, не зная латышского языка. Полицейский должен помогать людям, а он этого делать не может, так как не понимает, что ему говорят, и что говорит он. Пережив удивление данным фактом, я дала распоряжение незамедлительно подготовить инструкцию, чтобы полицейских, которые не знают латышского языка, можно было увольнять с работы.

– Как их вообще приняли туда на работу, если они не знают латышского?

– Думаю, они там «сохранились» с прежних времен. Сейчас невозможно поступить на работу в полицию, не зная государственного языка.

– Сколько у нас было министров внутренних дел – Годманис, Сеглиньш и другие. Они не знали о служаках, не знающих госязыка?

– Я 13-й министр внутренних дел. Ничего не могу сказать о предшественниках, им не удалось встретить этих незнаек, констатировать факт. Речь идет о 219 рядовых полицейских и 15 работниках высшего звена, у которых есть сложности с государственным языком – может они удачно «скрывались». Но до сих пор я ни разу не встречала полицейского, который бы не знал латышского, а я очень много встречаюсь с работниками.

– То есть вы отрицаете, что преследуете полицейских за то, что они русские?

– Я не преследую. Но если они не знают латышского, то останутся без работы. Этим полицейским установлен срок – 1 октября, до которого они должны освоить язык.

– Урбанович обещал, что если он придет к власти, то введет русский язык. Но теперь поговорим о Министерстве здравоохранения. Вы немного им поруководили и у Вас создалось впечатление, куда уходят довольно большие средства, которые тратятся на здравоохранения?

– Насколько я поняла, денег на медицину будет хватать, если ими хорошо, разумно и рационально распоряжаться. В недавнем разговоре с бывшим министром Розентале я сказала, что мне будет сложно до осени руководить такой сложной системой, как Министерство здравоохранения, на что она мне ответила: что тут сложного, надо только попросить дополнительные средства у правительства и все будет хорошо! Это определенное направление мышления в министерстве и руководителей больниц. Хватит кричать, сколько еще бурных дней ожидает эту жизненно важную отрасль, если не будет денег и правительству придется реагировать в спешном порядке. Кто хочет, чтобы больным стало еще хуже! Я предпочитаю другой, нефорсированный метод реакции, а именно сначала попытаться понять, где остаются деньги, а где дыры, через которые они утекают. Именно это я и делаю, выполняя свои дополнительные обязанности – упорядочивая вещи, которые следует упорядочить. Мне говорят, что в стране есть шесть торакальных хирурга. Четверо в Сауриешах, и двое в Страдиня. Логично было бы, если бы все шестеро работали под одной крышей, на одной аппаратуре и технологиях. Это сэкономило бы деньги.  И так -- «вдвойне» -- много где куплена медицинская аппаратура, как в случае с шестью торакальными хирургами. Миллионы разбазаренных латов спущены не слишком эффективно. И вот мы имеем хорошую аппаратуру, дорогие медицинские строения по всей стране, вот только у нас нет больше врачей, потому что на их зарплаты после всех этих огромных затрат никогда не получалось выделить достаточные суммы.

– Уважаемая министр, а разве в каждой больнице нет надзирающего совета, члены которого получают тысячи за то, что они следят, чтобы хозяйство больниц было упорядоченным, экономным и эффективным? Скажите, когда вы наконец-то прекратите содержать эти советы на зарплаты, которые и не снились профессиональным врачам!

– Думаю, что мне надо посмотреть на это «дело советников», нельзя ли без них обойтись? Кажется, раньше деньги в медицине делилась посредством открывания или прикручивания крана из министерства. Иногда его прикрывали, затем в удобный момент вновь открывали. И в основе этого лежали не слишком честные принципы, скорее манипуляции, в том числе и политические. Я не возражаю тем, кто говорит, что для этой отрасли требуется больше денег. Однако, во-первых, надо найти и прекратить растрату уже розданных денег. Во-вторых, нельзя оплачивать счета тех, кто первый пришел, мол, моей больнице надо восемь миллионов, а моей – десять и вот уже через полгода бюджет пуст. Уже сейчас мой советник, господин Муциньш, ездит по больницам с ревизией, где остались деньги. Я тоже езжу по больницам, но скажу честно – это необходимо делать с полной отдачей, а не «в порядке совмещения должностей» как сейчас.

– Вы немного углубились в дела, и одновременно чуть ли не через газеты ищется министр здравоохранения, о котором мы ничего не знаем – почему именно он должен быть министром? Разве вы не можете «потянуть» пару месяцев до выборов  и эту должность?

– Я все же в качестве приоритета рассматриваю должность министра внутренних дел и надеюсь, что руководителем Минздрава станет лучшая из возможных кандидатур.

– Министерство здравоохранения практически всегда было «больным местом», которым руководили как профессиональные врачи, так и политические врачи и самые разные специалисты, но порядка там все равно мало. Может, стоит доверить руководство этим учреждением деловитому менеджеру, пациенту, в конце концов, а не врачам?

– Насколько я изучила отрасль, действительно возможно, что врач далеко не лучший кандидат, чтобы руководить Минздравом. А точнее говоря, проводить реформы. Даже при объединении двух больниц, которые со стороны и с государственной точки зрения выглядит очень логичными, всегда у одного или двух докторов будут возражения, почему эти перемены ни в коем случае не должны произойти. И эти личные точки зрения будут очень обоснованы. Среди врачей очень сильно выражена коллегиальность, многие учились вместе, и если руководитель больницы пожалуется министру, например, своему однокурснику, то тот из сочувствия к своему коллеге притормозит реформу. Как исполнительница обязанностей министра внутренних дел и здравоохранения я увидела возможность, например, объединить два управления материальными резервами. Я уже дала распоряжение обдумать и представить предложения по их объединению под одной «крышей». Можно еще объединить диспетчерские пункты неотложной медицинской помощи и пожарной службы.

– Скажите, как вы в «Единстве» готовитесь к выборам? С образованием объединения «За достойную Латвию» против вас не был открыт второй фронт?

– Я так не думаю. Как минимум по траншеям мы не сидим и не перестреливаемся. Министры, которые представляют «Единство», делают практическую работу, и судя по рейтингам, люди это ценят. Начатый и законченный процесс объединения воспринимается одобрительно. Премьер Домбровскис много сделал, сумел преодолеть трудности и благодаря взвешенному подходу и своей самоотдаче вывести нас на более твердую почву. Правительство сократилось численно, и всем министрам приходится работать более напряженно, энергичнее, чем когда-либо до этого. Нет особого времени специально готовится к выборам.

– А почему г-н Репше больше не хочется баллотироваться в списках «Единства»?

– Это его личное решение, о котором г-н Репше и сообщил.

– Только «личное» нежелание баллотироваться? Не политическое?

– Никого не заставляют идти или не идти в политику. Г-н Репше отказался баллотироваться, но заявил о своей готовности работать министром финансов и ни на секунду не покидать «Новое время».

– Ну да, продолжать нести крест министра финансов, пока после выборов не придет новый министр.

– Он готов работать и после этого, если в этом будет необходимость, например, в правительстве. Он готов принимать участие во всех наших мероприятиях…

– Как вы лично оцениваете решение основателя НВ уйти из активной политики?

– Я лично считаю, что отказ Репше баллотироваться на выборах – это потеря для «Единства». Но не думаю, что кто-то сможет его переубедить, если Эйнар так решил. Но еще раз повторю, это не значит, что Репше ушел от нас, он остается членом НВ и это неизбежно, он основатель и создатель нашей партии.

– Может «основателю и создателю» не воздали должного уважения при составлении списков «Единства»? Ему предлагали стать «локомотивом»?

– Насколько я знаю, Эйнар должен был занять довольно высокое место в списках «Единства», в соответствии с его популярностью, заслугами.

– Например, №7 в списке «Единства» по Видземскому округу?

– Не думаю, что у г-на Репше были бы проблемы с успешным баллотированием, находись он даже в самом конце списка. К счастью у него накоплен очень солидный политический капитал, и я знаю, что ему предлагался гораздо более высокий номер в списке.

– Наверняка будут избиратели, которые не найдя имени Репше в списках «Единства», даже не станут за вас голосовать.

– Возможно, что так и будет. Поэтому я и сказала, что это потеря. Но я знаю и то, что Репше не бросается словами и не станет менять свое мнение. Участвовать или нет, такое решение  придется принимать очень многим людям, в том числе и мне. Я об этом думаю, оставаться в политике или нет, потому что ради нее приходится очень многим жертвовать. Ответ кажется простым: если надо, то надо, но решение в любом случае неоднозначное.

– Когда наконец станет ясно, почему и кто из общества Мейеровица будет в списках «Единства»? Только что мы узнали, что г-жа Элерте, не связанная ни с одной из партий, заняла привилегированное место в списке – в соответствии с ее особым положением?

– Очевидно, идущие политические переговоры очень тонкие и со многими нюансами. Этим занимается правление партии. Я считаю, что баллотироваться должны члены партии, чтобы партия могла отвечать за то, кто и что делает.  Но переговоры еще не завершены, лидеры «Единства» решают, с кем и как сотрудничать.

– Ваш лидер Критовскис признался, что всем, включая пенсионеров, надо быть готовыми к новым сокращениями и его нельзя укорять в откровенности. В то же самое время Вы сами же рассказываете, что больницам и министерству еще предстоит найти позиции, где можно будет сэкономить, где предотвратить нецелесообразные траты. Министерства обросли всевозможными агентствами, центрами и другими названиями. Не струсило ли правительство, не торопясь с ликвидацией этих многочисленных контор и поиском «щелей» по которым утекают деньги? Вы под прицелом острой критики закрыли Полицейскую академию. Что-то произошло? Выросла ли угроза безопасности, как того обещали?

– Могу ответить за МВД. Мне хватило духу выдержать критику, и студенты сейчас учатся в Университете и довольны, что для них все закончилось. Недовольными остались преподаватели Полицейской академии, у которых были там очень высокие зарплаты и которые теперь вынуждены курсировать по семи ВУЗам, потому что восьмой закрыли. Безопасность не стала слабее, Университету перечислено 270 тыс.латов, которые предназначены на обучение наших студентов. На содержание Академии мы тратили 4,5 млн. латов. Сейчас там находится полицейский колледж, который мы стараемся укрепить.

– Опасаетесь ли вы празднования 9 мая?

– В прошлом году мы обеспечили порядок, и в этом году мы будем присутствовать на всех мероприятиях 9 мая. Порядок будет, особо я на этот счет не волнуюсь.

Эгилс Лицитис

07.05.2010

Источник - http://www2.la.lv/lat/latvijas_avize/jauna...esis/?doc=77621

Перевод – Riga.Rosvesty



 

Вернуться назад Версия для печати
 
 
 
В случае опубликования материалов ссылка на "Riga.Rosvesty.ru" обязательна.
Федеральный еженедельник «Российские Вести»
Все права защищены 2006 ©