НовостиФорумПишите намФотогалереяПоискАрхив

Три парада – три Украины

Выходные на Украине ознаменовались двумя парадами, в субботу неонацистов в Мариуполе и в воскресенье представителей ЛГБТ в Киеве.
Подробнее »

 
Артис Пабрикс: Правительство можно создавать из материала, избранного в Сейм, ничего лучшего у нас нет
Latvijas Avīze (перевод)
В «Latvijas Avīze» гостит министр обороны Артис Пабрикс («Единство», ОДП). С ним беседуют журналисты Волдемар Крустиньш и Эгилс Лицитис.

– Господин Пабрикс, кто высмотрел специалиста по делам обороны, политолога Вейко Сполитиса, парламентского секретаря Минобороны?

– Вейко Сполитис в будущем может стать активным политиком. Хотели его проверить на должности, дали шанс.

– Вы знаете, как мы помним господина Сполитиса. Потому что он вместе с коллегой политологом опубликовал в "Diena" письмо,  в котором призывал вынести из Рижского замка портрет Карлиса Ульманиса. Пару лет назад.

– Понимаете, в нашей партии в большинстве своем новые в политике люди. Я и Штокенбергс этаких два «старых дуба», поэтому молодым надо давать работу, смотреть, что из этого получится.

-- В других партиях – я как минимум знаю одну такую -- еще больше молодежи, к тому же патриотически настроенной!

– Кое-кто там совсем не молод, кроме того мне приходит на память мой бывший коллега, министр иностранных дел Германии Йошка Фишер. Можно прочитать, что в молодости он тоже кидал камни и строил баррикады, однако свою политическую карьеру завершил как один из самых выдающихся немецких министров иностранных дел. Так что у любого молодого человека есть возможности роста.

– Опять встает вопрос о Москве, где на улицы вышли молодые люди, которых здешнее телевидение c удовольствием называет «националистами», каковыми они не являются. Когда-то таких звали черносотенцами. В Москве их собрали и увели с улиц, когда они начали угрожать порядку и безопасности с ножами и оружием в руках.

– Либералы бы назвали их расистами, так как марши были организованы против лиц «кавказкой национальности».

– Да, но что Рига будет делать, если начнутся подобные беспорядки? Например, почему мы тихо ненавидим патриотичное народное ополчение (земессардзе)?

– Пабрикс народное ополчение не ненавидит, вместе с молодежным ополчением, это серьезное дело. Меня это интересует, я с ними встречался. В будущем году молодежному ополчению присвоим даже немного больше денег. Я не соглашусь с господами, которые хотели бы, чтобы народное ополчение существовало отдельно. Было бы неправильно делить вооруженные силы – я к ним причисляю и народное ополчение – следует создавать одну пирамиду с единой командной структурой вооруженных сил. В моем понимании задача народного ополчения, в первую очередь, помогать нашей профессиональной армии. Если возникнут чрезвычайные, угрожающие государственной безопасности ситуации и беспорядки, то, на мой взгляд, оно так же принадлежит к структурам, которые отвечают за восстановления порядка. Не дай Бог, будут еще какие-то конфликты, в этом случае ополчение не отправят в первые фронтовые ряды, но они будут защищать тыл. И они сделают это лучше всего, потому что сами идут из народа. Но было бы неправильно считать их полицией, так как повседневные беспорядки следует предотвращать полицейским. Вспомним 13 января, который ваш покорный слуга в какой-то степени организовал. Мы не планировали никаких беспорядков, однако они произошли и было бы неправильно, если бы в процесс умиротворения этих уличных хулиганов вмешалось ополчение. Так что повторю, мы не ненавидим, а будем укреплять. Для этого мы сделаем следующее: в ближайшее время необходимо укрепить боевые способности земессаргов, так как им не хватает как средств, так и качественного обучения. Люди тратят свои деньги, время, это в большой степени основывается на энтузиазме и патриотизме. Бывали случаи, когда на маневры не подвозили даже теплой еды. Во-вторых, в будущем году ополчение возобновит охрану военных объектов, которая, главным образом по финансовым соображениям, была прекращена. Одним словом, будем работать вместе. Все будет в порядке.

– Да, некоторые считают, что народное ополчение должно стать этакой народной армией, но главное в том, что земессарги долгое время чувствовали себя брошенными, забытыми.

– Я попытаюсь выяснить, насколько это недовольство на общем уровне, а насколько, отдельными факторами. У меня есть определенные возражения, если кто-то хочет держать дома оружие, как раньше было разрешено…

– Ну да, это безопасность для себя и окружающих, если есть оружие!

– Личное оружие можно хранить дома, а с боевым оружием случались нарушения. Это подтверждают командиры. Разве положение такое, что надо обороняться с пулеметами дома? Но мы еще будем анализировать ситуацию, как поступать правильнее.

– В Швейцарии каждый мужчина вооружен, готов к обороне.

– Швейцария – приятное исключение, где права совпадают с ответственностью, к сожалению, в Латвии не всегда бытует подобное же восприятие.

– Швейцарцы более сознательные, нежели латыши?

– Усредненно – определенно сознательнее латышей.

– Вы говорите о латышах или жителях Латвии?

– Так как меня причисляют к либералам, то я всегда считал, что люди, которые живут в Латвии, говорят по-латышски, являются патриотами этой страны – латыши независимо от их этнического прошлого.

– Скажите, накануне визита президента Затлерса в Москву правительство обсуждало цели его визита. Я имею в виду политические?

– В повестке дня именно такого пункта не было, так как президент является суверенным должностным лицом. С точки зрения достижений политики можно посмотреть, как в похожих обстоятельствах развивалась история, когда две страны с довольно сложным прошлым принимали решение улучшить взаимное понимание. Первый визит канцлера Германии в Польшу состоялся через 25 лет после окончания войны. Тогда Вилли Брант приехал в Варшаву с весьма формальным визитом, но с определенным намерением улучшить взаимодоверие. Это улучшение взаимодоверие, на мой взгляд, было и целью визита, спустя 16 лет, первых лиц [нашего] государства. Во время варшавского визита произошло и знаменитое падение Бранта на колени, что понятно, так как Германия развязала войну.

– Ну видите, и Латвии или Затлерсу тоже надо падать на колени?

– Нет,  конечно, нет, посмотрим на этот визит с позитивной точки зрения. Во-первых, официальный визит спустя столько лет, во-вторых, подписание договоров. Это было затянувшееся на года «бумажное» дело. Думаю, что мы дождемся с российской стороны ответного визита в Ригу. Не думаю, что он пройдет по образцу Бранта, хотя хотелось бы, чтобы так было.

– Вам, члену правительства, надо, чтобы российская официальная сторона признала факт оккупации?

– Как гражданину, как политику, латышу мне бы это помогло.

– Вам не было бы спокойнее и не было бы лучше, чтобы свое сожаление высказали и признали факт оккупации руководство «Центра согласия», лидеры русских кругов? Это улучшило бы внутренний климат в Латвии.

– Но мы говорим о межгосударственных отношениях, в которых достигнут прогресс как в отношении исторических фактов, так и их интерпретациях. Конечно, мне очень жаль, что здесь живут граждане Латвии, которые на оккупацию 1940 года смотрят через свою призму или боятся об этом говорить. Но это не влияет на отношения двух стран. Это влияет на понимание граждан здесь, в этой стране. Наше взаимное доверие. Смешно, что существуют общеизвестные факты, с которыми не соглашается кто-то из латвийских политиков. Я особо не расспрашивал их в связи с этой темой, однако кажется, что многие русскоговорящие политики на самом деле не собираются отрицать факты, однако громко заявлять об этом не хотят.

– Для многих русских соотечественников стало бы сигналом признания истории, если бы Россия согласилась с позицией Латвии по событиям 40-го года.

– Тогда скажу, что этим «многим русским» не следует ждать сигналов от других, а сказать правду или как минимум логически подумать.

– Знаете, наша власть может быть глухой, когда такой «координатор» едет в Россию и призывает не признавать прошедшие в Латвии выборы или применить в Латвии абхазскую или осетинскую модель. Это не частные отношения, этот координатор утверждал, что действовал от имени русской общины. Против этого никто не возражал, ни Комиссия по национальной безопасности, никто другой.

– Совет безопасности оказал бы слишком большую честь Гущину, реагируя на его слова.

– Но я говорю, что он заявлял, что выступает от имени 70 организаций сообщества!

– Думаю, что часть из них -- организации «карманного» размера.

– Есть ли службы безопасности, чтобы сказать, что все это блеф?

– Да, это должна делать полиция безопасности.

– Сейчас говорят, что «Единство» должно стать одной партией, и чем быстрее, тем лучше. В том числе и в интересах госбезопасности.

– Сейчас сложно говорить о дальнейшем развитии, так как «Единство» формируют три партии, у дальнейшего процесса объединения есть свои плюсы и минусы, так как у каждой из партий различаются мнения, как жить дальше. Один аргумент: оставим объединение, мы достаточно представлены вместе, зачем еще больше интегрироваться. Другая группа говорит, если сказал «А», то надо сказать и «Б». В церкви нас уже объявили, надо идти дальше, сочетаться в единую партию.

– И каков ваш вариант?

– Будучи либералом, я не исключаю создания одной партии. Но я должен услышать аргументы, что это будет лучше, нежели объединение трех партий. Достаточно ли обстоятельств, чтобы соединиться еще крепче?

– Будет большая дисциплина.

– И очень дисциплинированные партии распадаются.

– Такое ощущение, что госпожа Аболтиня планирует организовать латышское «Согласие». Однако «Согласие» Урбановича объединяет русская идея, но вы уже не «латыши».

– Представители «Единства» -- патриоты Латвии. Не вижу обоснований считать, что «Все для Латвии» большие патриоты, нежели, скажем, «Общество за другую политику». Конечно, я согласен, что общество их так оценивает, однако и я считаю себя латвийским патриотом. «Единство» делает все, чтобы это государство укреплялось как независимое, свободное, демократическое.

– Вы вроде как отходите от доминирующей идеи, что «Единство» должно стать единой партией. Но это ведь решено «штабом» и вожди согласились, что следует действовать в этом направлении?

– Это рекомендации, а будет еще программа, курс на то, какими мы будем и голосование на конгрессе каждой партии. Я выражаю свое личное мнение. Говорю – да, есть плюсы и есть минусы. Не хотелось бы это дело торопить, бежать впереди телеги.

– Граждане очевидно дадут оценку как «Единству», так и Домбровскису. Как на ваш взгляд они сейчас оцениваются?

– Правительство можно создавать из материала, избранного в Сейм, ничего лучшего у нас нет. Что касается сокращения бюджета – деньги можно взять там, где они есть и это связано со структурными реформами. Не хочу вторгаться в чужую зону, но в Эстонии, если мне память не изменяет, осталось 10 больниц и система при этом успешно функционирует. В образовании мне не понятно содержание такого количества высших школ за счет государства, если ни один из ВУЗов не выдерживает конкуренции с ВУЗами Европы, то приходится признать, что система образования слабая и это доказано цифрами. Конечно, никто не хочет, чтобы у него забирали деньги, однако необходимость реформ очевидна. Если бы политики больше полагались на доверие общества, у них хватало бы решимости принимать сложные, непопулярные, но очевидно нужные решения. В Эстонии кредит доверия правительству никогда не опускался ниже 50 процентов. В Латвии доверие правительству намного ниже, и общество отрицает любые – плохие или хорошие – решения, потому что они исходят от политиков. Я не отрицаю личную ответственность политиков, но только отрицанием негатива невозможно добиться движения вперед. Потираем руки и радуемся, каких лентяев и дураков избрали парламент. Но кому от этого лучше?

Эгилс Лицитис
23.12.2010

Источник - http://www2.la.lv/lat/latvijas_avize/jauna...esis/?doc=91084

Перевод – Riga.Rosvesty

 

Вернуться назад Версия для печати
 
 
 
В случае опубликования материалов ссылка на "Riga.Rosvesty.ru" обязательна.
Федеральный еженедельник «Российские Вести»
Все права защищены 2006 ©