Политический ажиотаж, связанный с недавней санкт-петербургской встречей лидеров Армении и Азербайджана Роберта Кочаряна и Ильхама Алиева, начинает все больше и больше приобретать новое качественное содержание.  Происходит это, несмотря  на то, что Баку и Ереван пока весьма  прохладно комментируют итоги трехчасового санкт-петербургского диалога с глазу на глаз лидеров двух государств.  В то же время представители Минской группы ОБСЕ  раздают многочисленные интервью, в которых содержаться открытые намеки на «достигнутый прогресс в деле карабахского урегулирования». Правда, формула «достигнутого прогресса» не раскрывается, хотя отдельные утечки, допущенные официальными представителями конфликтующих сторон,  все же позволяют  высветить сложную «карабахскую мозаику».
Начнем с того, что первым стал выстраивать эту картину  французский  сопредседатель Минской группы ОБСЕ  Бернар Фасье. 25 мая на пресс –конференции в Баку он таинственно заявил, что «все территории должны возвратиться под контроль Азербайджана».  В этой связи некоторые бакинские аналитики стали петь дифирамбы азербайджанской дипломатии.  Однако вскоре стало ясно, что речь идет всего лишь о возвращении под юрисдикцию Азербайджана оккупированных Арменией семи районов вокруг Нагорного Карабаха. А за армянской стороной сохраняется контроль над Лачинским коридором, связывающим Армению с Нагорным Карабахом.
Кстати, наличие подобной комбинации подтвердил и американский сопредседатель Минской группы ОБСЕ Мэтью Брайза: «Стороны договорились о возвращении районов, окружающих Нагорный Карабах, которые находятся под армянским контролем, Я бы не сказал, что есть соглашение по возвращению беженцев или компенсации за потерянное имущество. Лидеров Армении и Азербайджана нужно похвалить за их храбрость в попытке принести стабильность и процветание своим народам».
Теперь сопоставим обозначенные тезисы с заявлением министра иностранных дел Азербайджана Эльмара Мамедъярова. Он ни с того ни с сего стал оспаривать юридическую правомерность возможного референдума по статусу Нагонного Карабаха только с участием населения этого региона, поскольку «это противоречит Конституции страны».
Таким образом,  вырисовывается обсуждаемая  схема урегулирования конфликта между Робертом Кочаряном и Ильхамом Алиевым.  Для Ильхама Алиева  эта схема сулит определенные политические успехи, поскольку до сих пор ему не удалось добиться освобождения даже метра захваченной азербайджанской земли.  Освобождение шести-семи оккупированных районов  может быть подано официальной пропагандой как начало  «процесса восстановления территориальной целостности страны».
Для Армении также просматривается тактический выигрыш: Карабах получает возможность заявить о своей государственности, сохранить через Лачинский коридор транспортную связь с Ереваном. Более того, если удастся ввести в зону разделения противоборствующих сторон международный миротворческий корпус, то  процесс окончательного карабахского урегулирования вписывается  в «косовский стандарт».  Причем его осуществление, как в Косово,  будет уже напрямую зависеть от всего международного расклада сил, и в первую очередь от состояния российско-американских отношений. Кстати, если судить по некоторым утечкам в западной печати,  Вашингтон и Москва, полемизируя по Косово,  пытаются совместно оказывать давление на Баку и Ереван с целью достижения в Карабахе, «промежуточного геополитического соглашения». А некоторые западные аналитики утверждают, что  «мир пытается заставить Азербайджан свыкнуться с мыслью потери Карабаха».
Существует еще один важный нюанс: Баку взял курс  на западную ориентацию, полагая, что именно на этом поле ему удастся переиграть в свою пользу ситуацию.  Ереван же  ведет реальную многовекторную  политику, что дает ему возможность для самого широкого дипломатического маневра. Баку, провозгласил наличие братского стратегического  союза с Турцией, фактически превратился во  второе тюркское  государство на Большом Ближнем Востоке. В случае провозглашения независимости Нагорного Карабаха в этом же регионе мира может также  появиться после Армении второе армянское государство.
Однако складывающаяся  новая геополитическая карта в этом регионе мира таит в себе еще большие опасности и вызовы: Начало реальной фрагментации территории Южного Кавказа  путем создания псевдогосударственных образований  может  втянуть этот регион мира в пучину еще более кровопролитных военных сражений и  социально-политических потрясений. Поэтому понятно, почему переговоры между Робертом Кочаряном и Ильхамом Алиевым  проводятся в секретном режиме: слишком велики ставки и велика историческая ответственность.

Анатолий МУРАТОВ
14.06.2007