НовостиФорумПишите намФотогалереяПоискАрхив

С Новым годом, 2017-м!

С Новым годом, 2017-м! Семнадцатый год в России – говорящая цифра. Её знает каждый житель нашей страны. Поэтому поздравления с наступающим семнадцатым годом звучат несколько двусмысленно.
Подробнее »

 
ЛАТВИЙСКИЙ ТРАНЗИТ
экономика
В начале этого десятилетия мы были свидетелями множества прогнозов различного рода экспертов о том, что в самом ближайшем будущем произойдет переориентация российских товарных и сырьевых экспортных потоков с направления Балтийского моря на другие акватории, где будет возможным использовать суда большего дедвейта. И уж однозначно многие говорили, что порты прибалтийских стран потеряют значительные объемы перевалки ввиду введения в строй новых мощностей российских терминалов по обслуживанию нефтеналивных и генеральных грузов.
Но подобным прогнозам не суждено было сбыться. Более того, можно уже с уверенностью сказать, что на обозримую перспективу освоенная для России еще Петром Первым старая добрая Балтика останется ключевым звеном транзита российского сырья и товаров на Запад. На данном этапе не оправдались надежды на строительство в рамках энергодиалога Россия – США мощного нефтеналивного порта под Мурманском с прокладкой в его направлении из Западной Сибири магистрального нефтепровода мощностью до 110 миллионов тонн нефти в год.
Дело в том, что по расчетам экспертов поставки нефти в США через Заполярье эффективны только при цене на нее не ниже 20 долларов за баррель. В случае падения котировок ниже этого уровня (в настоящей ситуации представить это сложно, но и полностью исключать на будущее нельзя) Россия будет вынуждена поставлять нефть США даже по себестоимости, ввиду того, что перебросить подобные объемы – 110 миллионов тонн – на более близкий и, соответственно, менее затратный по транспортным расходам европейский рынок невозможно по причине технологической привязки нефтеперерабатывающих заводов в Европе к определенным сортам нефти. И в этом контексте российское руководство пока не рискнуло пойти на подобное стратегическое решение.
Далеки от реализации и активно обсуждавшиеся еще несколько лет назад планы по разработке Штокманского газоконденсатного месторождения с одновременным строительством под Мурманском завода по сжижению газа и соответствующих портовых терминалов для дальнейшей его поставки газовозами на северо-американский рынок.
Слишком же стремительное освоение «южного» маршрута нефтеэкспорта в некоторой степени ограничено сложной ситуацией вокруг черноморских проливов. Конечно, в соответствии с конвенцией Монтре 1936 года «о свободе судоходства в проливах» юридически никаких проблем нет, но вместе с тем Москва постоянно сталкивается с «недовольством» Анкары по поводу опасности экологической катастрофы вблизи Стамбула. Причем следует отметить, что реализуемый проект нефтепровода «Бургас – Александруполис» ввиду своей планируемой пропускной способности кардинально проблему не решит.
Сложно сказать, как повернется ситуация с распределением грузопотоков между российскими и прибалтийскими портами после сделанного 23 мая первым вице-премьером России Сергеем Ивановым заявления о необходимости переориентации транзита с прибалтийских на отечественные терминалы. Думается, что коренной ломки структуры и направлений грузопотоков не будет. Хотя бы потому, что российский экспорт увеличивается опережающими рост ВВП темпами, что приводит к резкой нехватке российских портовых мощностей.
Чтобы разобраться с ситуацией с российским транзитом через латвийские порты и его перспективами, вспомним недавнее прошлое. Так, несколько лет назад имела место ожесточенная полемика по поводу того, что «Россия оказывала экономическое давление на Латвию». Подобное мнение было вызвано приостановкой АК «Транснефть» прокачки нефти по магистральному трубопроводу в направлении Вентспилса.
Так вот, начнем с того, что по данным министерства сообщений ЛР, в 2005 и 2006 годах латвийские порты перевалили соответственно 60 и 59,5 миллионов тонн грузов. Напомним, что в 2001 году, когда поставки по нефтепроводу «Полоцк – Вентспилс» были рекордными для всего периода после 1991 года, латвийские порты в общей сложности обработали около 57 миллионов тонн грузов, что на 2,5 миллиона тонн ниже нынешних показателей.
Следует отметить, что ситуация с приостановкой АК «Транснефть» прокачки нефти на вентспилсском направлении выявила крайне важную закономерность – порты, проводившие политику диверсификации обрабатываемых грузов, делающие равную ставку на все их виды, нарастили объемы перевалки. Те же, кто делал акцент на специализации своих терминалов, – потеряли. Так, рижский порт, грузооборот которого в 2001 году составил 14,9 миллиона тонн, в прошлом году привлек уже 25,3 миллиона тонн. Лиепайский также не остался в стороне от этого процесса, нарастив свой грузопоток на 20 процентов. А вот Вентспилс, делавший ставку на «трубопроводную» нефть, явно «просел» - с 37,9 миллиона тонн в 2001 году до 29 миллионов тонн в прошлом.
Конечно же, на вышеизложенное можно возразить, что Рига имеет преимущество перед Вентспилсом в более коротком, на целых сто километров, железнодорожном плече. Следует признать, что железнодорожные затраты играют свою роль, но, думается, в случае с конкуренцией между Вентспилсом и Ригой не являются определяющими. Основной фактор снижения эффективности вентспилсского порта надо искать в другом. Вместо того чтобы осуществить кардинальную диверсификацию грузопотоков, некогда самый мощный порт Восточной Балтики жил надеждой на возобновление транзита «трубопроводной» нефти. Но если еще пару лет назад скорый приход в Вентспилс стратегического инвестора с собственной ресурсной базой казался делом времени, то сейчас утверждать так однозначно было бы уже опрометчиво. Как говорится, время бежит, трубы стареют.
Не исключено, что в будущем вентспилсское нефтеэкспортное направление все-таки обретет второе дыхание. Но пока ситуация такая, какая она есть. Опять же следует признать, что в лучшие годы по нефтепроводу «Полоцк – Вентспилс» переваливалось не более 15 миллионов тонн в год, что составляет только четверть от нынешнего объема транзита всех грузов через Латвию.
Опыт 2002 – 2003 годов, когда проблема приостановки прокачки нефти на Вентспилс была поднята до уровня Еврокомиссии и достаточно сильно повлияла на общий фон российско-латвийских отношений, должен подтолкнуть нас к некоторым выводам. Думается, что главной мерой на будущее для недопущения впредь «транзитных» войн должно стать стремление диверсифицировать потоки, переваливаемые через латвийские порты, делая ставку на все виды грузов. Тогда транзитная отрасль в целом станет неуязвимой для воздействия на нее политиков обеих стран.
В контексте усиления независимости транзитной отрасли и ее выживаемости в условиях любых политических штормов достаточно интересной, в том числе и с коммерческой точки зрения, является возможность использования резервуаров вентспилсского порта для хранения там импортируемых нефтепродуктов с целью дальнейшей их поставки в другие страны Евросоюза в период сезонного повышения цен на топливо. Кстати, судя по значительной разнице в показателях российского экспорта в Латвию между данными ГТК России и ЦСУ Латвии, предприниматели уже вполне освоили эту перспективную схему (как известно, ЦСУ ЛР не включает в данные латвийского импорта товары и сырье, хранящиеся в режиме таможенного склада).
Вместе с тем, говоря о необходимости усиления защиты транзитной отрасли от политических «шараханий», следует особо отметить, что в данном контексте речь идет о нежелательности экономических последствий сиюминутных политических игр. При этом предприниматели с обеих сторон прекрасно осознают, что комплексное и долговременное решение проблем транзитной отрасли возможно только после всеобъемлющего урегулирования российско-латвийских отношений и решения в первую очередь вопросов, связанных с продолжающейся в ЛР дискриминацией прав национальных меньшинств.
Значительным потенциалом для дальнейшей диверсификации российского транзита обладает газовая отрасль. России выгодно строительство в направлении Латвии ответвления от Северо-Европейского газопровода с целью использования в проекте возможностей илчукалнского подземного газового хранилища, а также пока только предполагаемого его добельского аналога. В этой связи знаковым является апрельское интервью премьер-министра Латвии немецкой «Берлинер цайтунг», в котором он заявил, что «Латвия рассматривает СЕГ как коммерческий проект, нацеленный на удовлетворение растущих нужд потребителей в ЕС». При этом Айгар Калвитис отверг попытки журналистов обвинить Россию в разобщении ЕС, сказав, что «Европа уже расколота в вопросах энергетической политики. В принципе это не имеет никакого отношения к России».
По объективным причинам мы не можем говорить о прокладке основного маршрута СЕГ через территорию Латвии. Кстати, в совокупности с другими причинами последнее было бы весьма проблематично и в связи с необходимостью выкупа явно не дешевых частных земель по маршруту прокладки газопровода.
Но перспективы сотрудничества в газовой области не ограничиваются только обеспечением резервных потребностей СЕГ. Взаимный интерес представляет и строительство состоящей из шести блоков ТЭЦ мощностью до 3600 мегаватт, работающей на природном газе. Это позволило бы Латвии не только решить проблему дефицита электроэнергии, но и превратиться в ее достаточно крупного экспортера. Причем охватив не только прибалтийский рынок, но и скандинавский, связанный с сетями Латвии и Эстонии только что введенным в эксплуатацию проложенным по дну Финского залива кабелем.
Строительство ТЭЦ является не чем иным, как созданием на долгосрочной основе надстройки над транзитной отраслью, способной значительно стабилизировать политические позиции сторон, сделав оба государства взаимозависимыми друг от друга. В настоящий момент в Латвии развернулась острая полемика вокруг выбора дальнейшего пути развития энергетики. Оппозиционная строительству ТЭЦ сторона ориентируется на совместный с Литвой, Польшей и Эстонией проект создания новой АЭС в Литве. Сторонники АЭС как-то стараются не обращать внимания на то, что реально она может быть сооружена только к 2015 году, а последний, второй блок Игналинской АЭС должен быть остановлен по требованию ЕС в 2009 году. В случае же ТЭЦ, при условии поэтапного введения в строй блоков, первый их них может быть запущен уже в 2010-2011 году.
Мотивация сторонников АЭС в большей степени имеет не экономический, а политический подтекст. В своей недавней статье «Энергетический коктейль – атомная отрасль в энергетической политике Латвии» один из апологетов атомной энергетики Арманд Гутманис в журнале «Балтийская мозаика» для подтверждения своей позиции цитирует слова президента Академии наук Латвии Юриса Экманиса. Последний считает, что «Латвии нужна атомная станция, так как она обеспечит энергетическую независимость страны». Однако Экманис признает, что «решение должно быть политическим». В этом контексте знаковыми являются слова премьер-министра Латвии Айгара Калвитиса, сказанные им 12 июня на прошедшей в Риге международной конференции, посвященной вопросам энергетики, о том, что проект работающей на природном газе ТЭЦ будет реализован.

Игорь ЮРГЕНС, вице-президент Российского союза промышленников и предпринимателей, первый вице-президент «Ренессанс Капитал»
19.06.2007

     

 

Вернуться назад Версия для печати
 
 
 
В случае опубликования материалов ссылка на "Riga.Rosvesty.ru" обязательна.
Федеральный еженедельник «Российские Вести»
Все права защищены 2006 ©