Влади́мир Ильи́ч Ли́ндерман — латвийский и российский политический деятель, идеолог. Известен как активный борец за права русских в Латвии, что в итоге, по его версии, стало причиной фабрикации против него уголовного дела. С 2003 года Линдерман находился в политической эмиграции в России. Вёл  активную оппозиционную борьбу по отношению к современному российскому режиму. В 2008 году выдан Латвии. В своём интервью нашему изданию он рассказал об успехах проведения референдума о русском как втором государственном в Латвии.

- Расскажите нам, пожалуйста, об инициативе Вашего общества по сбору подписей для проведения референдума о русском как втором государственном в Латвии.

- Я давно думал о том, чтобы затеять референдум по одному из ключевых вопросов, волнующих жителей Латвии. Поначалу я думал взять проблему неграждан, но посоветовавшись с инициаторами движения «За Родной Язык», я понял, что язык  - это более мощный фактор. Вопрос гражданства каждый решает для себя сам  -  кто-то натурализуется, кто-то принципиально его не получает, а кто-то принимает гражданство другой страны, потому здесь мнения людей расходятся. А вот язык сплачивает всех, в независимости от желаемой гражданской принадлежности.

Кроме того я думал и о реакции латышей, и в итоге понял, что эта проблема латышам доступнее для понимания, ведь язык – это культурная ценность, важная для самих латышей. Они должны понять нас. Мы также отстаиваем свой язык, как они свой.

- Как бы Вы в целом охарактеризовали политическую ситуацию в Латвии в преддверии выборов?

- Для меня выборы крайне малозначительное действие. С моей точки зрения роспуск парламента – это дешёвый трюк. Стакан новый, а вода всё та же… Я не вижу того, как сами выборы в отрыве от парламентской деятельности могут повлиять на изменение политической ситуации.

А вот результат от нашего референдума может принести гораздо больше результата, чем все эти предвыборные баталии.

Что же касается прогнозов, то я их не даю, так как я непосредственный участник процесса, а не аналитик. Могу только сказать, что борьба с олигархами – это фикция и раздутая тема. А иллюзия того, что раскулачивание трёх человек изменит что-то в целом, смешна! Это обыкновенные рычаги перераспределения голосов.  Сами мы не хотим ни в какой форме участвовать в выборах.

- К чему вы пришли в итоге после переговоров с партией «ЗаПЧЕЛ»?

-  С их стороны поступило предложение пойти по их списку всем инициаторам нашей организации. Мы посоветовались между собой  и решили, что участвовать в выборах не будем вообще. Дело в том, что выборы – это конфликты между партиями и СМИ, и в такой конфликтной атмосфере русские жители Латвии будут разделены по своим политическим симпатиям.  Да, мы бы набрали 50 тысяч голосов, чтобы пройти в парламент, но нам нужно 150 тысяч, чтобы провести  референдум. А кроме того прозвучали бы обвинения  в том, что мы затеяли референдум ради кресел в парламенте. Нам же нужны подписи ради юридического подтверждения того, что русский язык нужен, и с этим придётся считаться всем партиям, как латышским, так и центристским. Более того, это своего рода опрос самих русскоговорящих жителей Латвии, которые в итоге осознают, что мечта латвийской элиты о  построении латышского национального государства неосуществима… Они сами скажут это, что  намного важнее пяти-шести  мест в парламенте.

- Как Вы относитесь к деятельности «соросистов» в Латвии?

- Лемберг назвал одних людей «сороситами», они назвали в ответ Лемберга – олигархом. Ясно, что «сороситы» проводят некую проамериканскую политику. Но на деле это внутренние разборки латвийских игроков. Часть из них заработали в начале 90-х гг и стали называться олигархами, а часть успешно использует государственные  рычаги и зовутся громким словом «соросисты».

Я не испытываю антипатий к той или другой группировке, однако, компания из  «Гражданского Союза» мне очень неприятна, особенно в лице Сармите Элерте. Её миссия – создания мононационального государства из двухобщинного – невыполнима и это доказано историческими фактами. Разве что страна разъедется каждая со своей территорией, как Чехия и Словакия. Потому эта группа весьма опасна  - она компостирует мозги латышской части общества, выдавая утопию за реальность. И наша задача доказать латышской части общества утопичность и несбыточность их планов. Оспаривать их желания глупо, а доказать несбыточность  - возможно.

- Вы занимались политикой и в России? Не кажется ли Вам, что многие процессы в Латвии и России ныне схожи?

- Из чисто прагматичных соображений я не высказываюсь по российской проблематике. Я не хочу раскола в русской общине из-за тех или иных моих предпочтений.

Всё, что я могу сказать так это то, что я не жду от российской официальной политики помощи Латвии по вопросам язык, гражданство, образование.

- Что вы думаете по поводу десталинизации?

-  Это вопрос истории, здесь я могу дать ответ. Не надо ни от чего отрекаться. Сталин был жестокий человек, пролившей кровь людей, но  и вычеркнуть его из истории Великой Победы тоже полная глупость. Без сильного  политического и военного руководства народ бежал бы за Урал и дальше.

-  Что было лучше для России  - путинская Россия или медведевско-путинская?

- Я не считаю, что это принципиально. Я вижу только 20-ть лет, из которых я 6 лет жил  в России. Там не знают о Латвии и не о ней пишут в газетах, кроме как дела Кононова или 16-го марта. Я на это повлиять не могу и потому вопрос для меня закрыт.

- Существует некое понятие «европейские русские». Как вы к этому относитесь?

-  Это страшное преувеличение. Я хорошо знаю Россию. И могу сказать, что все русские различаются в самой России. Сибирские от питерских, например. Более того их можно отличить на улице. А на верхней Волге многие слова говорят иначе. Россияне имеют тюркскую, армянскую, еврейскую кровь, но в целом они русские и фундаментальных различий между ними нет. Есть россияне, которые комфортно чувствуют себя в Европе, мне и самому там нравится. После вступления в Евросоюз многие поездили по Европе, получили какую-то информацию и не более. Потому европейские русские - это такая же мифология, как латвийское мононациональное государство.

Просто уклад жизни в Латвии чуточку отличается, только и всего. К примеру, люди стремятся к бытовому уюту. А выходцы с Севера России, где никогда не было крепостного права, более прагматичные, деловые, с ними легче работать…

Латвийские русские – это часть русского мира. Кто-то ассимилирует, и становится человеком другой национальности. А кто-то остаётся самим собой.

-  На форуме европейской русской молодёжи я наблюдала молодых людей, которые делают ужасные ошибки в речи, коверкают язык, и там я поняла, что у них у каждого дома стоит матрёшка, и слово здравствуйте они выговаривают по буквам. Но на этом всё кончается. Жалкое зрелище.

-  Не думаю, что мы пойдём по этому сценарию. Мне, например, матрёшка не нужна для осознания себя русским. И я полагаю, что вопрос языка в этой теме очень важен. Говорят, что вербальные произведения культуры зависят от языка, а всё как раз наоборот. Язык  - это самый высокий продукт культуры. Никому не нужен Пушкин без сохранения русского языка.  Потому надо отстоять язык, а кого будут читать наши дети -  Лермонтова и Высоцкого уже не важно.

Конечно, при сменах режимов люди покидали Россию. Но никакой группы «европейские русские » не появилось, и такого этноса тоже. Хотя могли, казалось бы, сесть за стол и придумать свой европейский русский язык. В итоге они либо были ориентированы на Россию, либо ассимилировали.

Разнообразие делает систему устойчивой. Есть же в Латвии старообрядцы, но они такие же русские, только в них есть свои  особенности.

Беседовала Александра ТУРЧАНИНОВА
09.07.2011