НовостиФорумПишите намФотогалереяПоискАрхив

С Новым годом, 2017-м!

С Новым годом, 2017-м! Семнадцатый год в России – говорящая цифра. Её знает каждый житель нашей страны. Поэтому поздравления с наступающим семнадцатым годом звучат несколько двусмысленно.
Подробнее »

 
Гундар Берзиньш: За лебединую песню Затлерса будем платить мы все
Neatkarīgā Rīta Avīze (перевод)
В беседе с Neatkarīgā некогда один из старейших членов «Народной партии», а ныне крестьянин и политический консультант анализирует слабые места политика Валдиса Затлерса и указывает на возможные камни преткновения нового президента Андриса Берзиньша.

– В «Народной партии» вы были членом с членским билетом за номером 1. Как вы оцениваете конец этой партии?

– Даже самые красивые цветы распускаются весной, а осенью увядают. Конец партии - это не трагедия. Важно, чтобы время жизни партии оказалось продуктивным, а не осталось в памяти как какая-то клоунада. Для меня было большой честью работать с членами «Народной партии». Партия родилась от беспартийного премьера Андриса Шкеле, которому пришлось выводить страну из глубокого политического и экономического кризиса, из банкротства «Банка Балтии». Тогда Латвии никто не предлагал одолжить денег. Политическая система того времени была бессильна преодолеть кризис. Шкеле сделал чудо. За преодоление кризиса 1995-1996 голов и становление страны на путь долгосрочного и стремительного развития ему полагается признание в форме самой высокой государственной награды. Тогда «Народная партия» была другая и отличалась от всех других партий. Чтобы партия была долгоиграющей, на неё должен быть спрос, несмотря на то, есть ли у нее сильный лидер, или нет. «Народная партия» всегда была оранжевой, сильной. Любимой и нелюбимой, но заметной. У конца партии были разные причины. Большинство общества считало, что в кризисе 2008-2009 годов виновата «Народная партия», потому что она была партией власти.  Она стала для оппонентов главной мишенью. Пытаясь идти по более легкому пути, «Народная партия» шла на компромисс, потворствовала оппонентам и на завершающем этапе, когда меня в партии уже не было, она стала примитивной, нерешительной политической партией, таким представителем политики, против которых партия при своем основании боролась. Но у нашей партии все равно была яркая и красивая жизнь. Теперь, когда партия умерла, об усопшей читаю много красивых слов. Оказывается, что это была первая в Латвии европейская политическая сила. Чтобы политики или партия услышали о себе добрые слов, им сначала надо умереть. Народная партия умерла только как партия. Её люди еще скажут свое слово, особенно в регионах. В любом случае Народная партия смело пришла и ушла, как ни одна другая партия.

– В день, когда «Народная партия» сообщила о своем уходе, другая партия сообщила о своем создании. Партия Затлерса сможет занять освобожденное «Народной партией» место в латвийской политике?

– Нет, «Народную партию» за многое можно ругать, но и я чувствую свою ответственность за то, что она делала до последнего момента. Однако меня больше всего обижает, что кто-то читает, что партия Затлерса в политике станет чем-то подобным «Народной партии». Сравнивать партию Затлерса с «Народной» – это проявление неуважения. Все эти четыре года в руках Затлерса находилась неограниченная власть. Политику формируют идеи и их предложение обществу. Единственно, что Затлерс сделал за четыре года, это было распоряжение №2. Все остальное было ничем. Вспомним «дело о благодарностях». Он сам признал, что брал благодарности. «Delna» были пожертвованы бюджетные средства, чтобы провести исследование, потому что была констатирована конкретная проблема. Если ты сам принимал «благодарности» и сам же был организатором системы здравоохранения, то почему за четыре года ты так и не предложил вариантов решения этой проблемы? За все четыре года ни одного предложения! Можно смело сказать: лебединая песня Затлерса в политике уже спета, потому что четыре года в его руках была власть и ни одного видимого результата работы. Вместо этого все эти четыре года пара Затлерсов была занята улаживанием своих личных дел. Все уже давно забыли, что в начале президентства они придумали, что после окончания срока полномочий им надо купить дом, а не квартиру. Даже участок земли присмотрели. Тогда они потихоньку купили два «Mercedes», пять новых «BMW», около двух миллионов вложили в Юрмальскую резиденцию, купили диван за 40 00 латов и после этого все это засекретили. Четыре года президентства они использовали для удовлетворения своих нужд.

Сейчас предвыборная борьба разворачивается в двух плоскостях . Первая: латыш-русский, «Центр согласия» – «Все для Латвии»-ТБ/ДННЛ. Вторая: олигарх – не олигарх, коррумпированный – не коррумпированный. Все остальное отошло на второй план. За последние четыре года в Латвии не было принято ни одного долгосрочного решения. В основе партии Затлерса лежит конфронтация. В ее основе война. Но война никогда не производит ценности. Она только разоряет. Самое печальное, что в войне страдают невинные мирные жители. Результате войны подводят, подсчитывая барыши и павших. Затлерс предлагает войну против олигархов. С уходом «Народной партии» его единственным объектом для нападения остаются «зеленые крестьяне». Мы сами же будем платить за эту войну. И это не только четыре миллиона латов на выборы, это намного более крупные суммы.

– Вы упомянули траты президента Затлерса. Разве он за государственные средства не мог нанять экспертную комиссию, чтобы она нашли идеи для решения проблемы и с этими идеями прийти к избирателям?

– Вы совершенно правы! Мы можем посмотреть на его приоритеты. Вы знаете, сколько канцелярия президента тратила на его питание? 5000 латов в месяц! В свою очередь на комиссию по языку в течение года было потрачено 9000 латов. На еду – 5 000 латов в месяц, на язык – 9000 латов в год. Ведомству президента ничего не мешало зафиксировать проблему и создать группу экспертов для решения любой проблемы. Хочешь проверить человека – дай ему власть! Затлерсу власть давать нельзя! Он будет ее использовать на свое благо и благо своей семьи! Недавно его резиденция была показана журналистам. По непроверенной информации, все находящие там  излишества были унесены на верхний этаж. Чтобы понять, на что Затлерс потратил эти четыре года, необходимо провести анализ расходов канцелярии президента. Многие  траты не видны, потому что многое засекречено. Как облюбованный диванчик, коллекционная модель за 40 000, чья покупка была засекречена не хуже секрета НАТО. И автомашины в начале были приобретены в засекреченных сделках.

– Несмотря на это, мы видим, что его решение распустить Сейм имеет поддержку большинства общества. Каково рациональное объяснение, что столь большая часть населения поддерживает роспуск Сейма?

– Это характеризует перспективы нашего государства. Они далеко не радужные. В условиях свободно рынка конкурируют как предприниматели, так и государство. Чтобы конкурировать, должен быть стержень и свой подход к сложным ситуациям. Решение распустить Сейм схоже с принципом: мне не нравится суп, поэтому я его не только вылью, но и разобью все тарелки на кухне. Из чего я потом буду есть, меня это сейчас не интересуют. Так как спрос в политике со стороны общества в данный момент не ясен, могут прийти Затлерса и другие похожие партии. Можно говорить, что люди в политику приходят из ниоткуда, например, с Марса. Глупости! Латвийские политики - это зеркало латвийского общества! Нравится или не нравится, но мы в это зеркало не можем смотреться и видеть морщины. Мы разбиваем зеркало, но красивее от этого не становимся. Мы не способны объективно оценить причины несчастья и поэтому наши решения не долгосрочны и не ведут к светлому будущему.

– Четыре года назад вы были одним из тех, кто родил Затлерса-политика. Теперь вы говорите, что Затлерс любит вкусно поесть и полежать на хорошем диване. Получается, что латышскому народу люб тот король, кто хорошо поел и выспался. Разве это не формула успеха в политике?

– Сложно сказать. Президента всегда сложно найти, потому что надо, чтобы за него проголосовал 51 депутат. Поэтому иногда кандидаты ищутся на стороне. Как-то я подсчитал, что через латвийскую политику на протяжении 20 лет прошло примерно 5000 политиков и приближенных к ним лиц – депутатов Сейма, министров, тех, кто был кандидатами. И в этом Сейме 60% молодых, ранее не бывавших в Сейме лиц. Если мы каждый раз, закрывая двери, не можем их открыть, то проблема либо в замке, либо в ключе. Мы видим, что общество желает принимать участие в политике чаще, чем раз в четыре года. Главное возражение общества, что делегированная им власть не работает в интересах общества. Поэтом везде, где это возможно, следует привлекать общество к принятию решений. Всенародно избираемый президент проблему не решит, однако это даст народу возможность больше участвовать в  политических процессах. Вопрос, видит ли новоизбранный президент Андрис Берзиньш, что следует изменить. Пока что его предложения в энергетической и образовательной отраслях не позволяют этого до конца понять. Следует искать механизмы для улучшения госуправления и сотрудничества с обществом. Есть спрос на перемены и если их не предлагать, то в один момент ситуация может накалиться и произойдет взрыв, такой же, как произошел в арабском мире. На референдуме по роспуску Сейма максимум 7% будет «против», остальные будут «за». Это смутное время латвийской политики, которое может продолжаться пять лет. Я молю Бога, чтобы мы могли в это время пережить с как можно меньшими потерями.

– Почему у Затреса не складывается с формированием партии?

– Потому что партия означает, в первую очередь, идеи. Я говорил с людьми, с которыми Затлерс говорил о формировании партии. Если ты идешь в политику, ты сам должен быть уверен в том, чего ты хочешь добиться, и уметь в этом убедить других. Если попробуете поговорить с Затлерсом, то через пять минут поймете, что у него нет идей, что он пустой и мелкий человек.

– Но вокруг него такая большая группа единоверцев.

– У Роберта Килиса идей непочатый край. Со штукарством Килиса о том, что пенсионерам следует платить пособия, можно соглашаться и не соглашаться, но у него есть идеи. У Затлерса идей нет. Затлерс свою партию назвал партией реформ. В латвийской политике началась мода называть вещи именами, которые им не соответствуют. Например, черным назвать белое, а «единством» назвать собрание партий, в которых есть все, кроме единства. Так же и Затлерс в названии делает упор на то, чего ему больше всего не хватает. Реформатором может быть Килис, но Затлерс полный стагнат. У него с реформами нет ничего общего. Он так часто использовал слово «реформа», что в конце концов просто дискредитировал его смысл. Если бы Затлерс свою партию назвал «партия старых стагнатов Затлерса», то это бы название более бы отвечало содержанию партии.

– Возразим. В начале его президентского срока его жестко критиковали за принятые благодарности, однако он нашел решение – начистил ботинки и отправился в Нью-Йорк поклониться Джорджу Соросу. Критика моментально прекратилась и о благодарностях забыли. После этого он хорошо поел, выспался на хорошем диване и получил всю неделимую поддержку организации Сороса, когда баллотировании на второй президентский срок, а так же когда решил заняться политикой. Разве не это история успеха Затлерса?

– Об ушедших обычно говорят или хорошо, или ничего. Время цветов Затлерса в политике уже прошло. Теперь мы видим его лебединую песню. Возможно, что какие-то лебеди Затлерса пройдут в Сейм, но для него продолжения в политике не будет, потому что у него нет политики. Обсуждать это примитивное образование я не желаю. Не хочу опускаться так низко.

– Вы были видным представителем так называемой Валмиерской группы. И президент Андрис Берзиньш является представителем этой группы, то есть Вы о нем можете сказать намного больше, нежели другие. Что Вы ждете от нового президента?

– Валмиерская группа – это была не организация. Это были люди, которые иногда собирались вместе и обсуждали государственные проблемы. Это была скорее альтернатива «Клубу 21». Пока я до конца не понимаю, что президент Берзиньш собирается делать. То, что он спокоен и компетентен в экономике – это хорошо. Но в политике этого не достаточно. На мой взгляд, он еще не готов к должности президента. Успех партии Затлерса будет зависеть от того, будет ли понятно, что выбран новый удачный президент и все то, что делал Затлерс можно делать по-другому. Берзиньш как удачный или неудачный президент, особенно на начальном этапе своего президентства, является для Затлерса вопросом выживания. Одно дело, если Берзиньш окажется столь же слабым, что и Затлерс, и другое дело, если он будет руководить разумно и четким видением. В любом случае позитивно то, что Берзиньш очень самостоятельный и финансово независимый. Он не будет как клещ высасывать бюджетные средства по секретным каналам, как это делал Затлерс. Берзиньш спокоен и взвешен. Он не пойдет по пути войны и конфронтации.

– Берзиньш так же, как это делал Затлерс, в свою команду взял по одному представителю от главных политических течений. Вы тоже обратили внимание на эту тенденцию?

– Да! Но разные люди в команде Берзиньша - это сильные специалисты. Если говорить о секрете независимости, следует признать, что Затлерс не был зависим. Он был упрямым. Независим ты в том случае, если у тебя есть свое мнение и доверие общества и ты можешь свободно действовать. Как у Затлерса, так вначале и у Берзиньша, нет этой независимости, потому что поддержка общества ничтожна и это используют политические оппоненты, назначая в команду президента своих людей. Борьба за влияние в команде Затлерса нам продемонстрировала, если у президента нет своих собственных мыслей, то за влияние в его команде будут бороться сильные политические течения. В этом плане начальные этапы президентства Затлерса и Берзиньша похожи.

– Берзиньш выбрал советника, который сообщил, что не станет подчиняться руководителю канцелярии. Разве таким образом в команде Берзиньша уже не заложена бомба?

– Чтобы разработать необходимое для общества предложение, команду следует укомплектовывать разными людьми. В политике в свое время одной из сильнейших была команда премьера Шкеле, в которой были очень разные люди. Если говорить о советнике по национальной безопасности, то он действительно играет особую роль в команде президента – он секретарь совета национальной безопасности, чьи функции описаны в законе. Плохо то, что в команде Берзиньша нет генератора идей. Ни Гундар Даудзе, ни Янис Майзитис не являются генераторами идей. У Берзиньша нет своего Килиса.

– Но в команде может быть стукач

– Со стукачами как, важно знать, кто стучит. Если от него избавиться, придет другой, и надо будет опять искать, кто стучит. Если известно кто, кому и что сливает, это можно использовать, это может пригодиться.

– Новый Сейм может собрать две трети голосов и уволить новоизбранного президента. Насколько велика вероятность такого поворота событий?

– Посмотрим, кто будет избран в новый Сейм: «Центр согласия», «Единство», СЗК, «Все для Латвии»-ТБ/ДННЛ, партия Затлерса. Под вопросом ЗаПЧЕЛ. Шлесерса все уже списали. Я по многим причинам его списывать не буду. На прошлых выборах лучший результат «За лучшую Латвию» был в Латгалии. Рита Строде там получила 13% голосов. Если в одной Латгалии партия Шлесерса получила 13-14%, это уже треть для преодоления 5% барьера. В Риге у Шлесерса тоже стабильный электорат – новое поколение. Бульдозер еще поборется, хотя шансы у него небольшие. Важно понять, скорее всего активность избирателей будет ниже, чем на предыдущих выборах. Это означает, что еще опаснее будет оставлять в оппозиции сильную партию, потому что через год будет еще проще распустить Сейм, нежели это было до сих пор. Поэтому после грядущих выборов оставлять за бортом «Центр согласия» будет безумием. Самым разумным будет создать коалицию квалифицированного большинства (три четверти голосов Сейма). И если у правительства квалифицированное большинство, то почему одним из вопросов повестки дня не может оказаться пункт о перевыборах президента?

– Как один из объектов торговли?

– Да. Я прогнозирую, что и будущий Сейм не отработает полный срок. Битье тарелок и смутные времена продолжится.

– Как Вы оцениваете выпускание джина из бутылки – сообщение о том, что есть три олигарха, конкретных человека, которые виноваты во всех бедах?

– Это примитивно. В Латвии есть люди, способные на большее, нежели другие. Примечательно, что все три названых олигарха латыши. Таким образом заявлено, что Латвии угрожают латыши. Нас немногим больше миллиона и оказывается, что мы еще и сами себе угрожаем. Вопрос – как решить проблему Лембергса. Он энергичный. Он может нравиться, или не нравиться. Но он не скучный, его нельзя не заметить. Какое решение? Чтобы прекратить влияние Лембергса единственная возможность -- физически его уничтожить. Никаких других путей, пока здесь будет демократическое государство, не будет. Его можно обвинить и судить, но пока у него будут силы и энергия, он будет оказывать влияние на процессы. Напомню, что у наших соседей Лукашенко пришел к власти демократическим путем, объявив о борьбе с коррупцией. Он был руководителем антикоррупционной комиссии. Со стороны Затлерса это примитивно – пить вместе вино, а потом объявлять войну с олигархами.

– То есть до призыва физически расправиться с олигархами остался один шаг?

– Именно. Наблюдал за недавними антиолигархическим мероприятием и воззваниями против Вентспилса. На память пришла Германия первой половины прошлого века. И тогда, чтобы разделить плохих и хороших, плохих вентспилчан заставили носить особые нашивки. Все это в истории уже было.

– Мы пролистали свои ранние публикации о Соросе и вспомнили, что финансируемые им организации были инициаторами различный акций протеста: и издевательств над выборами, и символических похороны, и отказа сотрудничать с чем-то. Здесь не происходит что-то подобное?

– Происходит! Я это время характеризую как смутное время, и дай Бог нам вновь обрести здравый рассудок!

Ритумс Розенбергс, Улдис Дрейблатс
19.07.2011 года

Перевод Riga.Rosvesty с печатной версии издания



 

Вернуться назад Версия для печати
 
 
 
В случае опубликования материалов ссылка на "Riga.Rosvesty.ru" обязательна.
Федеральный еженедельник «Российские Вести»
Все права защищены 2006 ©