НовостиФорумПишите намФотогалереяПоискАрхив

Три парада – три Украины

Выходные на Украине ознаменовались двумя парадами, в субботу неонацистов в Мариуполе и в воскресенье представителей ЛГБТ в Киеве.
Подробнее »

 
ПОЛИТЭКОНОМИЧЕСКИЙ ПРИБАЛТИЙСКИЙ УЗЕЛ – ЧАСТЬ 2
круглый стол
Политические проблемы в реализации российских экономических интересов на  балтийском направлении: интеллектуальные, институциональные, коммуникативные, внутриполитические, в том числе, кадровые.

Р.Варе:
Думается, что интеллектуальных проблем нет. Главные проблемы в реализации российских экономических интересов на балтийском направлении состоят в следующем:
1). Институциональная позиция государственных структур, нацеленных на ограничение экономического сотрудничества по политическим мотивам, затронутым мной в ответе на первый вопрос. Поскольку эта позиция негативна, то и российский бизнес не очень стремится действовать наперекор этой линии. Да и международные традиционные институционалные механизмы, такие как торгово-промышленные палаты, в т.ч. специальные двухсторонние или даже только русскоязычного бизнеса, союзы предпринимателей и т.п., существующие в наших странах, недостаточно активны в поддержке взаимного экономического сотрудничества. По-видимому в силу тех же причин.
2). Безусловно, большую проблему составляет коммуникационный пробел с обеих сторон о реалиях экономического бытия как в Балтии так и в России. Этот пробел реальной и непредвзятой информации заполнен пропагандистской пеной, которой рациональные люди, а предприниматели рациональны, просто не доверяют. Но и другой-то тоже недостаточно.
3). Всё в большей степени проблемой становятся кадровые. Молодёжь в странах Балтии уже не знает или плохо знает русский язык, что несомненно затрудняет общение. Кроме этого потихонечку утрачивается взаимное знание культурных и бытовых правил, как в силу вышеописанных причин, так и из-за простой смены поколений, где не знающая и не имеющая собственного опыта молодёжь приходит на смену владющему русским языком стареющему поколению, имеющему взаимный опыт общения и совместной жизни. Последнее, кстати, относится не только к балтийцам, но уже и к русскоязычной молодёжи в Балтии.
4). Внутриполитические мотиваторы тоже присутствуют. С Российской стороны это негативизм, о котором было сказано выше, а в странах Балтии это неуверонность в будущем своего бизнеса и, скажем прямо, горький опыт помноженный на непопулярность этой темы в общественном сознании.

А.Гапоненко:
Российское государство отдало защиту своих экономических интересов в Балтийских странах на откуп сырьевым олигархам. Они щедро платят отступные местным чиновникам за каждую отдельную транзитную сделку и обеспечивают, таким образом, получение прибылей для своих предприятий. Общегосударственные интересы олигархов мало волнуют, опираться на лояльные местные элиты, а тем более на русскую диаспору, они не умеют, да и не хотят.
В результате действия всех этих факторов за последние десять лет Россия практически полностью утратила рынки сбыта своей промышленной продукции в странах Балтии. Позиции российского капитала в транзитной инфраструктуре, торговле, банковском и страховом деле крайне слабы, а немногие приобретенные им в Балтии промышленные предприятия ориентируются на комплектацию российских же предприятий, а не на экспорт продукции в Евросоюз. Общего рынка рабочей силы между соседями не существует.   



М.Делягин:
Помимо хуторского убожества прибалтийской бюрократии, перманентного «кризиса управляемости» Евросоюза и принципиально деструктивной позиции США, ключевой проблемой двусторонних отношений является невменяемость безответственной и безграмотной российской бюрократии, сочетающей самые грубые провокации и немотивированную агрессивность с фантастическими уступками.
Причина, к сожалению, пока неустранима: наше государство создано и существует не для реализации каких-то, как угодно дурно понимаемых общественных интересов, но всего лишь для реализации интересов отдельных экономических субъектов.
Россия до сих пор не выработала внятной внешней политики и даже простого комплекса внешнеполитических интересов. Наши лидеры мычат что-то невнятное про «величие» и смертельно обижаются, когда у них пытаются выяснить, что же они под этим «величием» понимают конкретно.
Наша внешняя политика представляет собой комплекс неконтролируемых эмоций (причем традиционно, еще со времен Ельцина, одного человека) и корыстных интересов отдельных корпораций, просто не обращающих внимания на нужды России в целом (например, «Газпрома»).
Принятие всех сколь-нибудь значимых решений одним-единственным человеком означает не только неизбежную, институционально обусловленную непоследовательность, не только большое количество ошибок, но и то, что по второстепенным вопросам решения не принимаются вовсе – до них просто не доходят руки. А Прибалтика – по определению второстепенный вопрос.
Обсуждать проблемы взаимодействия с ней в условиях, когда такое взаимодействия является институционально невозможным из-за неблагополучного состояния российского государства, по-моему, преждевременно.
В любом случае такое взаимодействие будет монополизировано мелкими бюрократами, которые, не имея за спиной ни генеральной внешнеполитической стратегии, ни контроля со стороны федеральных органов власти, неминуемо будут продавать российские интересы за небольшую плату или же вовсе за доброе отношение своих прибалтийских партнеров.

М.Демурин:
Главная политическая проблема в реализации российских экономических интересов на балтийском направлении, как я уже отмечал в ответе на первый вопрос, – стремление сегодняшних правящих коалиций в Риге, Вильнюсе и Таллине использовать своё членство в Европейском союзе и отношения с США в первую очередь для того, чтобы решить политические проблемы в отношениях с Россией, пусть даже в ущерб экономике. Прикрывается эта линия, однако, рассуждениями о том, что «экономика в отношениях должна быть на первом месте». Под «экономикой» в части, касающейся России, здесь подразумеваются не интересы народнохозяйственного развития страны в целом и, тем более, не интересы её комплексного политэкономического развития, а интересы части предпринимательских кругов, работающих на прибалтийском направлении.
Расчёт делается на то, что эта незамысловатая наживка при содействии прозападных политиков либерального толка в самой России и их партнёров – патронов на Западе будет Россией заглотана. И она заглатывается! Почему это происходит? Потому, что характерная аналогия «что хорошо для «Форда» - хорошо для Америки» в сегодняшней России пока не работает. Ни одна крупная американская корпорация, как мне представляется, не будет работать против сформулированных элитным консенсусом политических интересов страны, как бы ей это ни было выгодно. Не будет, например, развивать экономические связи с Кубой, с Ираном, с Белоруссией. Между тем, действия Риги, Вильнюса и Таллина на пространстве бывшего СССР сравнимы, на мой взгляд, с поддержкой, оказываемой Гаваной странам, стремящимся сократить влияние США в Латинской Америке. Да и в антироссийской риторике прибалтийские политики весьма и весьма преуспели.
Так что вторая проблема в реализации российских экономических интересов на прибалтийском направлении – это состояние российской экономической и политической элиты (по сути дела, это одно и то же: так сильно они взаимопереплетены). Возьмём пример Эстонии (во избежание обвинений в предвзятости не буду приводить конкретных названий фирм и фамилий руководителей, тем более что наша задача, как я её вижу, - обсудить проблемы, процессы, тенденции). Так вот, с июня 2007 года, если судить по комментариям информационных агентств, в отношении этой страны со стороны России стали практиковаться некоторые ограничительные меры. Они не носят всеобъемлющего характера, как того заслуживала бы политика эстонских этнократов и русофобов, наиболее ярко выразившаяся в сюжете с Бронзовым солдатом, но они начали давать некоторый результат. Так, аналитики финансовой группы «Данске банк» объясняют 12% роста безработицы за последние двенадцать месяцев сокращением транзита российских грузов через Эстонию и закрытием вследствие этого ряда портовых терминалов и других предприятий. В августе месяце перевозка грузов по направлению из России к эстонским транзитным портам достигла самого низкого показателя за последние 10 лет. Среди причин спада перевозок называется нежелание российских предпринимателей сотрудничать с Эстонией вследствие политики Таллина, направленной на пересмотр итогов Второй мировой войны и оскорбляющей чувства россиян и русских жителей Эстонии. Осенью было отмечено и сокращение общего объёма товарооборота Эстонии с партнёрами за рубежом.
Но ведь мы не можем забывать, что в начале 1990-х годов, как справедливо отмечало в одном из своих недавних материалов агентство «Росбалт»,  концепция транзита российских энергоносителей через порты Латвии, Литвы и Эстонии, разработанная при помощи прибалтийских и западноевропейских идеологов, получила поддержку высших государственных чиновников России. Тех самых чиновников, от наследия которых сегодняшнее российское руководство, как оно заявляет, хочет избавиться и избавляется уже не первый год. Между тем, именно в эти годы «избавления» ряд российских компаний покупали важные транзитные активы в Эстонии. Более того, на фоне известной тенденции к ужесточению подходов Таллина к важным для России вопросам они не просто лоббировали привлечение к развитию эстонского транспортного направления бюджетных средств РФ, но и в истории с Бронзовым солдатом старались не допустить предупредительных и последующих шагов российской стороны. Сейчас некоторые из них либо уже продали, либо ищут возможности  продажи своих активов в Эстонии, которые при сохранении сегодняшней тенденции теряют перспективность. Эстонская же сторона, в частности разработчики вышеуказанной концепции транзитной привязки России к иностранным портам, организовывают встречи с целью «обсудить последствия блокады Эстонии со стороны России».
Примечателен в этой связи следующий эпизод. Не дожидаясь того, как результат ответных действий России станет достаточным, чтобы начинать переговоры на наших условиях (а этим условием должно быть, на мой взгляд, восстановление памятника на прежнем месте), в Эстонию едет один известный российский хозяйственный руководитель и общественный деятель и проводит свой визит, в том числе и с точки зрения информационного обеспечения, таким образом, что эстонские антифашисты назвали его поведение там «предательским» по отношению к русским в этой стране, а власти стали заявлять о том, что началась «нормализация двусторонних отношений», которая повлечет за собой «примирение» Москвы с эстонскими реалиями и выразится прежде всего в снятии российской стороной негласных барьеров на пути торговли и транзита.
Это говорит о том, что у представителей российской элиты остаётся немало частных бизнес-интересов в Эстонии. Видимо, неспроста при официальном объёме российских инвестиций в эту страну в 150 млн. долларов США оценка их реального объёма превышает 1,5 млрд., которые пришли в Эстонию через Финляндию, Швецию, Кипр и оффшорные зоны.                 



Д.Ермолаев:
Следует признать, что Россия до сих пор внятно не сформулировала свои экономические интересы в Прибалтике. Это приводит де-факто к господству интересов российских «транзитчиков» (которые не заинтересованы в поднятии вопроса защиты прав нацменьшинств в Прибалтике, так как это может осложнить развитие российского транзита через ее порты).

А.Суздальцев:
1) В целом, российская наука и экспертное сообщество плохо знают и понимают современную Прибалтику. Российские власти активно использует набор мифов и мнений, сформированных в не только в 90-е, но и в 80-е годы прошлого века. Не всегда позитивным в развитие взглядов о Прибалтике был вклад  и русской общины данного региона, которая зачастую лоббировала выгодную именно ей в конкретной и срочной ситуации конфигурацию политики РФ в отношении правящих кругов Латвии, Литвы и Эстонии. Между тем, за последние десять лет общество этих стран, включая и русскоязычные общины, претерпело коренные изменения.
2) К сожалению, за 90-е годы потеряны коммуникации не только со сторонниками контактов с РФ, но и с оппонентами, который были заинтересованы в конфликтах (российский политический класс уклонялся от глубоких дискуссий, от создания единого российско-прибалтийского дискурса). Не были найдены механизмы использования политической и пропагандисткой антироссийской агрессии правящих элит прибалтийских стран против их же спонсоров и внешнеполитических партнеров (США, НАТО, ЕС).  К сожалению, имея бесспорный интеллектуальный перевес, российский истеблишмент не смог использовать  сохранившуюся лимитрофную привычку правящих кругов стран Прибалтики соотносить свою не только внешнюю, но и внутреннюю политику с политикой Москвы (в данном случае не столь важен вектор этого «соотношения» - негативный для РФ или позитивный, важен сам факт сохраняющейся привязки).

К.Черемных:
Пункт 2. Реализация российских экономических интересов на балтийском
направлении в период с 1991 по 2007 год не была результатом внедрения
какой-либо продуманной стратегии. По существу следует рассматривать
три параллельно развивавшихся процесса:

- формирование совместных интересов бизнес-групп России и стран
Балтии на основе использования и совершенствования транзитной
инфраструктуры;

- формирование совместных интересов теневых группировок России и
стран Балтии на основе прибыли с контрабандных операций;

- заключение межрегиональных экономических соглашений,
преимущественно приграничных в рамках соответствующих программ ЕС.

В последние годы развивались также новые тенденции:

- выход бизнес-групп, сложившихся в странах Балтии, на рынки России
(банковский, транспортный бизнес);

- крупные самостоятельные инвестиции российского бизнеса в страны
Балтии (порты, туризм, развлекательный бизнес).

В предложенном списке факторов, оказавших влияние на взаимодействие
экономических элит России и стран Балтии,  наименее значимым
представляется коммуникативный фактор. В Латвии крупный бизнес
преимущественно сформировался из преимущественно славянского состава
комсомола Латвии. В Эстонии половину списка крупных бизнесменов также
составляют представители нетитульного населения. Практически все
деловые СМИ выходят в национальной и русскоязычной версиях (чаще, чем
в национальной и английской). Таким образом, языковая проблема не
является проблемой бизнеса.

Остальные названные факторы - институциональные, внутриполитические,
в том числе кадровые - происходят из временного системного кризиса
российской цивилизации и преодолеваются с восстановлением
субъектности России. Выбор политической стратегии в странах Балтии в
соответствии с целеполаганием выстроит экономические задачи в этом
регионе в следующей иерархии:

- интересы государственно-частных компаний и банков;

- интересы крупных частных многопрофильных корпораций;

- интересы частных российских банков и инвестиционных компаний;

- интересы российско-европейских структур;

- интересы бизнеса, обслуживающего публичную политику.


Выбор партнеров России в странах Балтии в рамках избранной
государственной стратегии также выстроится в соответствии с
определенными критериями:

- партнеры, выполняющие функцию политических посредников и
обеспечивающие безопасность российских корпораций в регионе;

- партнеры, обеспечивающие выполнение программ поддержки
соотечественников;

- партнеры, обеспечивающие реализацию российско-европейских интересов
в регионе;

- партнеры, обеспечивающие реализацию конфессионального влияния в
регионе;

- партнеры, обслуживающие лояльные России структуры публичной политики.

 

Вернуться назад Версия для печати
 
 
 
В случае опубликования материалов ссылка на "Riga.Rosvesty.ru" обязательна.
Федеральный еженедельник «Российские Вести»
Все права защищены 2006 ©