НовостиФорумПишите намФотогалереяПоискАрхив

С Новым годом, 2017-м!

С Новым годом, 2017-м! Семнадцатый год в России – говорящая цифра. Её знает каждый житель нашей страны. Поэтому поздравления с наступающим семнадцатым годом звучат несколько двусмысленно.
Подробнее »

 
Посол королевского и царского величеств
Страницы истории российско-британских отношений
Недавно в лондонском Сомерсет-хаусе прошла выставка даров английских послов русским царям XVI - XVII веков - иконы в золотых окладах с драгоценными камнями, инкрустированные церковные книги, золотые кресты. Эта выставка была приурочена к 200-летию Оружейной палаты Московского Кремля. Наибольший интерес у специалистов вызвал один экспонат – изготовленная английскими мастерами в 1557 - 1558 годах плоская позолоченная чаша с гравировкой. Историки уверены, что она являлась уцелевшей частью одного из первых собраний даров английской королевы Марии I Тюдор русскому царю Ивану IV Грозному, переданных через первого официального британского посла в России Энтони Дженкинсона. И вот что еще символично: дно чаши, крышка от которой утеряна, украшает изображение воина.

Лондон-Москва: далекие, но близкие столицы

В первой половине XVI в века на Британских островах имели смутное представление о России. О ранних временах отношений двух стран, которые описывались как в британских хрониках, так и в русских летописях, мало кто тогда помнил. Остались только предания о присутствии двух английских принцев при дворе Ярослава Мудрого, да и то, что Гита, дочь Гарольда, погибшего в битве при Гастингсе (1066 год), была в 1074 году выдана за Владимира Мономаха и прожила с ним 14 лет в Чернигове. Ее первый сын получил двойное имя Мстислава-Гарольда в честь своего заморского деда.

Однако почти четырехвековое господство монголо-татар на евразийском обширном пространстве стерло с английских географических карт вообще упоминание о Руси, а территорию, которую некогда занимало огромное государство, именовали «Тартарией». И только появление 24 августа 1553 года первого английского корабля под начальством адмирала Ричарда Ченслера в устье Северной Двины способствовало установлению торговых и дипломатических отношений между Англией и Россией.

Английский историк Т.С. Виллан в этой связи констатирует: «Англичане не стремились на север ради него самого. Они искали дорогу в Китай и Индию через север». Дело было в том, что в первой половине XVI века южные и западные моря оказались закрытыми для английского флота ввиду господства там португальцев и испанцев. В результате к середине XVI века английская торговля пришла в упадок. Именно в этих обстоятельствах в Лондоне родился гениальный по своим геополитическим и политическим последствиям план по строительству Британской империи и выработке стратегии действий. Его суть заключалась в следующем: прорваться во что бы то ни стало в Индию и выступить в роли «освободителей- наследников» великих монголов. Тут и вспомнили о «Тартарии» (Московии). Современный английский историк Доминик Ливен объясняет рождение такого плана таким образом: в Лондоне рассчитывали, что лидерам новоявленных государственных образований на пространствах бывшей монголо-татарской империи будет трудно восстановить мирными способами прерванную длительной оккупацией историческую традицию, и начнутся войны за лидерство. Тогда можно будет делать ставку на одну из сторон.

В 1548 году лондонские «почтенные и мудрые люди» организовали «Общество купцов-предпринимателей для открытия стран, земель, островов, государств и владений, неведомых и даже доселе морским путем не посещаемых». Общество купило три корабля, с помощью которых начался поиск Северо-Восточного прохода - морского пути из Западной Европы в Восточную Азию в обход Северной Европы и Азии. Так в Белом море, а затем и в устье Северной Двины и оказался 24 августа 1553 года Ричард Ченслер. Он был приглашен в Москву и принят на аудиенции царем Иваном IV . Англичанин преподнес царю грамоту короля Эдуарда VI, обращенную вообще ко всем «государям, обитающим страны северные и восточные за ледовитым морем, а также Восточную Индию».

Тем не менее Ченслер в буквальном смысле пришелся к московскому двору. Россия тогда решала две внешнеполитические задачи: борьба с татарскими ханствами - наследниками Золотой Орды и борьба за восточно-прибалтийские земли, за выход к Балтийскому морю. На первом направлении дела продвигались успешно. В 1552 году состоялся успешный поход на Казань. В 1556 году было завоевано Астраханское ханство, в 1557 году в состав России вошли Башкирия, затем Чувашия, Удмуртия, Адыгея, Кабарда. Тогда же признала свою зависимость от России и Ногайская орда. Тем не менее любые новые геополитические комбинации, особенно с участием могущественной Османской империи и ее союзником Крымским ханством, могли в любой момент изменить на юге и востоке России ход событий.

Не просто складывались отношения Московии и с тогдашней Европой.

До появления англичан в Москве западные товары поступали через Балтийское море. Русские контролировали устье Невы, но не имели там порта. В 1492 году царь Иван III приказал построить на восточном берегу реки Нарвы - напротив немецкого города Нарвы- новую русскую крепость Ивангород. Но большинство торговых судов, курсировавших по Балтийскому морю, находились под контролем Ганзейского союза и продолжали использовать в качестве порта только Нарву.

Не лучше обстояли дела и в налаживании торгово-экономических отношений с Великим Новгородом, куда надо было добираться речными путями. Но и там Ганза имела собственную мощную факторию.

В 1494 году ее закрыли в надежде сломать монополию мощного торгового союза. Однако ситуация мало в чем изменилась. Торговые отношения между Западом (Данией, Голландией, Францией) и Московией были по-прежнему возможны только через Нарву и иные ливонские порты. Более того, Ганза и власти ливонского города Ревеля блокировали Москву, ограничивали развитие ее отношений с европейскими странами, не пропускали нанимаемых на службу технических специалистов, в которых остро нуждалась Московия.

Поэтому Иван IV был заинтересован в установлении постоянных торговых и иных сношений с Англией, откуда он мог бы получать стратегические товары. Об этом в русской летописи говорится так: «Огненой наряд пушки и пищали и доспехи и всякой ратной наряд, то б королева к государю велела пропускати и провозити — и серу и нефть и медь и олово и свинец и всякое оружье, что к ратному делу пригожаетца. Да и мастеров бы велела пропущать всяких — и ратных и рукодельных людей».

Переговоры Ивана Грозного с Ченслером оказались успешными. В марте 1554 года английский адмирал и его спутники благополучно вернулись на родину. А в 1555 году в Лондоне на основе доклада Ченслера было принято решение создать «Московскую компанию» (The Moscovy Company или The Russian Company). Это было серьезное стратегическое решение, которое в дальнейшем предопределило особый уровень и доверительность во взаимоотношениях между двумя странами.

Во-первых, компания оказалась первой, устав которой утверждался парламентом. Во-вторых, именно по опыту работы первых лет «Московской компании» позже были созданы торгово-политические английские организации, ориентированные уже на работу в Вест-Индии и Ост-Индии. В-третьих, расширилось военно-техническое сотрудничество между двумя странами. Военные поставки из Англии в Россию настолько увеличились, что за английскими кораблями в Балтийском море охотились эскадры шведских корсаров.

В ответ английские купцы получили в России невиданные тогда в Европе торговые привилегии: «А гостем бы торговати и всяким людем тех обеих государств прироженным и подданным людем ходити на обе стороны путь был чист и торговати всякими товары, ввести и вывести без вывету, и товаров у гостей не отимать…Одним агличаном по королевниным освобоженным грамотам ее покорным людем, а опроче б агличан х колмогорским пристанем … из ыных земель гостем торговати ни в караблех, ни на бусах ниотколе ходити не велети… аглинским гостем освободити проезжати чрез государеву землю в Бухары и в Шемаху и в Казбин и в Кизылбашскую землю и чтоб воеводы государевы в Казани и в Астарахани товаров их не пересматривали и не платить бы им ни тамги, ни иных никаких пошлин, идучи туды и назад».

Только чуть позже, в 1572 году, Иван Грозный принял решение, которое подтверждало право англичан торговать по всей России, кроме Казани и Астрахани, куда «ходить им не инако, как с царского повеления». Связано это было с тем, что по «разведывательным каналам» из Лондона в Москву стала поступать информация, что английские купцы наделены британским правительством «дополнительными политическими полномочиями» и могут для «укрощения амбиций» Московии разыграть против нее «карту» одного из бывших «центров» Золотой Орды. Москва заставляла Лондон считаться только с ней как «с государством-наследником» Орды.

К тому же торговля с Россией быстро приобретала и для Англии стратегическое значение. «Английский флот, построенный в эти годы и победивший испанскую Непобедимую Армаду в 1588 году, был оснащен преимущественно русскими материалами, - констатирует шведский историк Артур Атман. - Изготовленные русскими канаты и снасти для тогдашнего флота имели такое же значение, как нефть для современного».

Первый официальный посол Англии в России

Считается, что первым официальным послом Англии в России, наделенным соответствующими полномочиями, является известный английский путешественник и политик Энтони Дженкинсон. В мае 1557 года он прибыл вместе с русским посланником в Лондоне Непеей в Холмогоры на четырех кораблях. Однако Иван Грозный, заранее извещенный о его прибытии, не спешил приглашать англичанина в Москву. Непея уехал к царю первым, для того чтобы сообщить, что Дженкинсон, кроме «дипломатических, обладает и прочими талантами». Москва продумывала дальнейшую тактику своих действий.

6 декабря английский посол представил свои полномочия в Москве «секретарю» (предположительно, Ивану Висковатому). На Рождество Дженкинсон был принят на аудиенции царем и удостоен великой чести - отобедать вместе с Иваном Грозным. «25-го, в день Рождества, я был принят царем и поцеловал его руку, - так описывает в своих «Записках» встречу с русским царем английский посланник. - Он сидел на возвышении на красивом троне, имея на голове богато украшенную корону и золотой жезл в руке; он был одет в золотую одежду, украшенную драгоценными камнями. В расстоянии около 2 ярдов от него сидел его брат (Князь Юрий Васильевич, 1531 - 1563 гг.), а рядом с последним — мальчик лет 12, наследник казанского царя (emperour), покоренного русским царем тому назад 8 лет (Утямыш-Гирей.). Далее вокруг царя сидели его вельможи, богато разодетые в золото и драгоценные каменья. Царь обедал в большом, прекрасном зале, посреди которого была квадратная колонна.

За его столом сидели его брат, сын его дяди (князь Владимир Андреевич Старицкий), митрополит (митрополитом был в то время Макарий (1542 - 1564 гг.), молодой казанский царь и несколько вельмож; все они сидели по одну сторону стола. Тут же были различные посланники и другие иностранцы, как христиане, так и язычники, одетые в самые разнообразные одежды; всего в этом зале обедало до 600 человек, не считая 2000 татар-воинов, которые только что явились с изъявлением покорности царю и назначены были служить ему в его войне с лифляндцами».

Дженкинсон был опытным путешественником и географом, хорошо образованным и наблюдательным человеком. Он понимал, что обед, да и сам состав приглашенных «гостей» подобран русским царем не случайно. Поэтому в разговорах с Иваном Грозным английский посланник сразу заявил о своей главной задаче: исследовать торговые пути через Московию в Персию, Среднюю Азию и Индию.

Русский царь оценивал ситуацию иначе. Сотрудничество с Англией было для него привлекательно, прежде всего, в политическом плане. В частности, он вынашивал идею заключить стратегический союз с Англией против Польши и Литвы в связи с подготовкой к Ливонской войне. Говоря иначе, Москва пыталась повторить и на западном направлении внешней политики свои «восточные достижения», правда, с некоторыми «историческими нюансами». Если на восточном направлении говорилось о праве на владение территориями бывшей Золотой Орды, то на западном направлении Иван Грозный апеллировал к фактам истории домонгольской Руси.

Ливонский орден контролировал город Дерпт (Юрьев), основанный еще Ярославом Мудрым. По условиям одного из соглашений Русского государства с Ливонией, власти Ордена обязались выплачивать России небольшую дань за обладание городом. В действительности же эта дань ливонцами практически не выплачивалась. Поэтому в середине 50-х годов Россия потребовала выплаты дани и компенсации за просроченные годы, понимая, что это может стать реальным поводом для объявления Ордену войны.

Лондону союз с Москвой против Польши и Литвы был не нужен. Но Дженкинсон понимал, что в противном случае его миссия будет обречена на провал. Поэтому он согласился возглавить русскую миссию на переговорах, дабы подтвердить Ордену факт существующего военно-политического союза Москвы с Лондоном. Правда, эти переговоры не привели к успеху, и в январе 1558 года русские войска перешли границу. Иван Грозный рассчитывал, что союз с Лондоном поможет ему в войне с Ливонским орденом. Но в действительности все оказалось иначе, хотя англичане в тех сложившихся условиях оказывали немалую помощь и поддержку Ивану Грозному.

После первых успехов (взятие Нарвы и Дерпта) в события вмешались Швеция и Великое княжество Литовское, находящееся в унии с Польшей. Орденское государство перестало существовать уже в 1560 году, распавшись под ударами русских войск. Но последний магистр Ордена подписал соглашение не с Москвой, а с правителем Литвы о переходе владений под покровительство Польско-Литовского государства. Северную Эстонию с Ревелем (Таллином) заняли шведы, а острова оказались под властью Дании. Таким образом, вместо одного слабого противника на Западе перед Россией оказались сразу несколько сильных «центров».

Более того, появилась реальная опасность аналогичного развития событий и на восточном направлении, где в фазу активной политики вступала Османская империя.

Но английскому посланнику стало очевидно, что он присутствует и фактически участвует в процессах укрепления Русского централизованного государства, которое борется не только за «наследство» Золотой Орды, но и стремится расширить свои территории по всем азимутам. В этой связи замысел британской дипломатии перехватить политическое лидерство на евразийском пространстве оказывался несостоятельным. В дальнейшие действия пришлось вносить серьезные коррективы. Так родилась идея создания военно-политического союза между двумя государствами, с помощью которого стороны решали бы как свои общие, так и национальные стратегические задачи.

Астрахань - «общие ворота» в Индию

В 1567 году царь по рекомендации Дженкинсона направил письмо королеве Елизавете, в котором он просил у нее разрешение нанять в Англии архитектора, «чтобы он строил крепости, башни и дворцы, доктора, химика и мастера золотых и серебряных дел». Разрешение было получено. Считается, что это был первый и удачный случай подобного доверительного «технологического обмена между Москвой и Лондоном». Более того, Иван Грозный, понимая, что на восточном направлении у него могут возникнуть серьезные проблемы, решил выдать английскому посланнику «государственную тайну» - передать ему так называемый «Старый чертеж» - географическую карту Московии 1497 года. Именно этот материал лег в основу составленной самим Энтони Дженкинсоном карты России, которая при его жизни была издана в Лондоне и называлась: «Russiae, Moscoviae et Tartariae Descriptio».

При этом важно отметить и то обстоятельство, что русский царь пытался продемонстрировать факт наличия военно-политического союза с Англией уже на востоке. Поэтому он наделил английского посла Дженкинсона при его по сути разведывательных поездках на Кавказ и в Среднюю Азию статусом и русского посланника. Это позволяло Дженкинсону варьировать полномочиями в зависимости от политических обстоятельств: действовать то в интересах Лондона, то Москвы. Насколько удачным оказалось такое решение, историки до сих пор на сей счет не имеют единого мнения. Тем не менее со своей миссией как от имени английского двора, так и от имени русского царя по укреплению позиций Русского государства в Прикаспийском регионе, Дженкинсон прекрасно справился.

«Старый чертеж» позволил ему рассеять все сомнения Лондона относительно возможностей по налаживанию торговых путей через Московию в Индию и Китай. Была только проблема выбора маршрутов будущих торговых путей - через Среднюю Азию, Кавказ или даже через Сибирь. Но в любом случае в эпицентре оказывалась недавно завоеванная Московией Астрахань. Поэтому английский дипломат поставил своей первоочередной задачей помочь России удержать ее под своей властью, так как ни Крым, ни Турция, ни ногайские, ни астраханские князья не оставляли надежды захватить город, отобрав его у русского царя. Для этого не без участия английских инженеров был проведен поиск места для строительства укрепленной крепости, способной сдержать возможный военный натиск неприятеля. Такое место было найдено на острове Заячьем - Шабан-бугре. Первый астраханский воевода И.С.Черемисинов посылал царю чертежи «как городу быть». Проект, который обсуждался с привлечением выписанных из Англии специалистов, был одобрен. Первая крепость была деревянной и укреплялась земляными валами. Не случайно первое описание этой крепости принадлежит английскому посланнику Энтони Дженкинсону, побывавшему по приказу Ивана Грозного в Астрахани в 1558 году с инспекционной поездкой. Вместе с Дженкинсоном в Астрахань прибыл и новый воевода Иван Выродков, которому было уже поручено начать строительство мощных каменных оборонительных сооружений.

Укрепление Астрахани, как и предполагал Дженкинсон, быстро оживило руссийско-среднеазиатские торгово-экономические и дипломатические отношения. Первое посольство из Хивинского ханства прибыло в Астрахань еще в 1557 году. В следующем году царское правительство в качестве посла отправило в Хиву ответную дипломатическую миссию, которую возглавил Дженкинсон. По итогам этой поездки он составил образцовое подробное описание социально-экономического и политического положения Хивы, определил торговые пути, связывающие ее с окружающими государствами и с Индией. Более того, учитывая, что хивинское купечество стало вести с Астраханью торговлю на постоянной основе, Дженкинсон рекомендовал Москве создать для среднеазиатских купцов благоприятный режим, чтобы они имели в городе лавки, постоялые дворы и даже собственные дома. Часть хивинских купцов оседала в России на постоянное местожительство и становилась не только посредниками между русскими купцами и купцами Средней Азии, но и являлась важнейшим источником необходимой политической и экономической информации, которую использовал английский посланник при выработке своих рекомендаций Ивану Грозному относительно восточной политики.

Поэтому не приходится удивляться тому, что именно Дженкинсону принадлежит первое подробное описание Волжско-Каспийского торгового пути. Он пишет, что купцы спускались по Москве-реке на судах к Оке и далее плыли по Волге до Астрахани. Прибыв в Астрахань, купцы определяли направление, по которому они должны были ехать - степным или морским. Морской путь связывал Астрахань через Каспийское море с берегами Мангышлака. Далее путь продолжался степью до Хивы. Степной же путь в Хиву пересекал реку Урал в нижнем его течении (г. Сарайчик), выше современного Гурьева, затем делился надвое: один шел к низовьям Сырдарьи, другой от г. Сарайчика на юго-восток через Устюрт и дальше на Ургенч.

В Астрахань прибывали послы из Ташкента, Ургенча, Шемахи, Дербента с целью установления дружбы, мира и торговли. С ними Дженкинсон вел переговоры об открытии факторий «Московской компании», о продвижении ее торговой сети по пути в Индию и Китай. То есть задача овладения волжским путем от Казани до Астрахани и далее на Кавказ и Центральную Азию была им успешно решена. При этом Лондон, прекрасно осознавая роль и значение России как главного транзитного пункта в торговле с восточными государствами с выходом на Китай и Индию, сдерживал геополитические амбиции Османской империи на этом направлении.

Дженкинсон планировал направиться по суше в Китай, но постоянные неурядицы, войны и грабежи в Центральной Азии заставили его отказаться от своих планов и возвратиться в Москву, а затем и в Англию.

Он вновь появился в Москве в 1561 году. И на сей раз испросил царского разрешения отправиться в Персию, где провел зиму 1562 - 1563 годов и благополучно возвратился в Москву, передав русскому царю немало ценных сведений о жизни этого государства. Позднее английский посланник составил не лишенные огромного общественного и научного интереса описания своих путешествий, которые являются как важным источником по истории взаимоотношений России с Англией, так и в отношениях России с восточными государствами.

В описании путешествия Дженкинсона подробно приводится целый ряд сведений, иллюстрирующих созданную им карту торговых путей из Московии в Индию: положение по широте ряда посещенных им пунктов, особенности рельефа и гидрографии, расстояния между важнейшими пунктами, речные пути, характер слагающих пород и т.д. Все это, конечно, укрепляло отношения между Россией и Англией. Дело дошло даже до того, что в конце своей жизни Иван Грозный планировал жениться на племяннице королевы Елизаветы, Марии Гастингс. Переговоры о заключении союза были возложены Иваном Грозным, конечно, на посла Энтони Дженкинсона. Однако королева эту идею не одобрила, что надолго испортило отношения Москвы с Лондоном.

И все же Дженкинсону удалось добиться согласия Ивана IV на английскую торговую монополию как в России, так и на восточном направлении (1567 - 1569 годы). Но Москва специально оговорила это условием заключения двухстороннего союзного договора, которого в дальнейшем заключить так и не удалось. Потому что британская «Московская компания» в России не была вариантом структуры типа Ост-Индийской, с помощью которой Британия многие века управляла Индией.

В елизаветинские времена послами Английской короны в Москве были Фома Рандольф, Еремей Боус, Джером Горсей и Джильс Флетчер. Последние двое оставили наиболее интересные сочинения, описывавшие Россию второй половины XVI века, ее быт и нравы. Но следует отметить, что никто из этих дипломатов больше уже не оказывал Российскому государству услуг такого уровня, какие принадлежат первому послу Англии в России Энтони Дженкинсону.

Станислав ТАРАСОВ, Дмитрий ЕРМОЛАЕВ
27.05.2009


 

Вернуться назад Версия для печати
 
 
 
В случае опубликования материалов ссылка на "Riga.Rosvesty.ru" обязательна.
Федеральный еженедельник «Российские Вести»
Все права защищены 2006 ©