НовостиФорумПишите намФотогалереяПоискАрхив

С Новым годом, 2017-м!

С Новым годом, 2017-м! Семнадцатый год в России – говорящая цифра. Её знает каждый житель нашей страны. Поэтому поздравления с наступающим семнадцатым годом звучат несколько двусмысленно.
Подробнее »

 
Латвийские каратели на службе Гитлера
Кровавые страницы их преступлений в Белоруссии
Фонд «Историческая память», возглавляемый российским историком Александром Дюковым, во взаимодействии с белорусскими учеными и архивистами опубликовал 360-страничный сборник документов «Уничтожить как можно больше…»: Латвийские коллаборационистские формирования на территории Белоруссии, 1942 – 1944 гг.», в котором на основе рассекреченного документального материала раскрывается страшная картина преступлений против человечности. «РВ» публикует редакционное предисловие к этому изданию.

В годы Второй мировой войны на оккупированной территории Белоруссии нацистами и их пособниками было совершено огромное количество военных преступлений. Массовые убийства евреев, уничтожение сотен белорусских деревень вместе с жителями, огромные концентрационные лагеря, в которых умирали советские военнопленные и мирные жители – все это позволяет говорить о проводившейся оккупантами политике геноцида против населения республики. Политике, которую невозможно оправдать какими бы то ни было «мерами военной необходимости». На территории Белоруссии оккупантами были сожжены и разрушены 209 из 270 городов и поселков городского типа, 9200 деревень, в том числе 5295 – в ходе карательных операций. 628 населенных пунктов было сожжено вместе с населением, а 186 деревень так и не возродились после войны. Только в Витебской области 243 деревни сжигались дважды, 83 – трижды, 22 – четыре и более раз. [1] Людские потери оказались поистине страшными: на территории Белоруссии нацистами было уничтожено около 2 млн. 200 тыс. мирных жителей и военнопленных. [2]

Трагедия поражает воображение своими масштабами. Каким образом нацистам удалось реализовать свои человеконенавистнические планы геноцида? В советское время этим вопросом предпочитали не задаваться, потому что честный ответ на него мог нарушить межнациональный мир в стране. Потому что огромную роль в реализации нацистских планов геноцида сыграли коллаборационистские формирования, созданные оккупантами из числа советских граждан: русских, белорусов, украинцев, литовцев, эстонцев, латышей.

В нацистских злодеяниях на территории Белоруссии то или иное участие принимали латвийские коллаборационисты: непосредственное - «команда Арайса» («латышская вспомогательная полиция безопасности», насчитывавшая к концу января 1943 года около 1200 карателей) и более 20 латышских полицейских батальонов (впоследствии частично сведенных в 3 полицейских полка); эпизодическое - 15-я латышская дивизия Ваффен-СС; опосредованное - пограничные полки и латгальские строительные батальоны.

Латышские эмигрантские мемуаристы и современные официозные историки в своих трудах неизменно подчеркивают, что латышские легионеры Ваффен-СС воевали исключительно против большевизма на передовой линии фронта и не имеют никакого отношения к зверствам в тылу и прифронтовой зоне. При этом в оценках Латышского легиона СС как феномена Второй мировой войны местная историография старается не акцентировать внимание на том, что немецкое командование относило к нему и «закрытые батальоны службы порядка» (полицейские), участвовавшие в карательных акциях на территории Белоруссии, России, Украины, Литвы и Польши, постепенно включая их в состав 15-й и 19-ой дивизий Ваффен СС. Ряды латышских дивизий Вафен-СС в 1943-1944 годах пополнили и члены «команды Арайса», печально известной массовым уничтожением евреев и сожжением белорусских деревень. [3]

Официальной доктрине «исключительно фронтового характера» Латышского легиона СС противоречит сам факт формирования ядра легиона из полицейских батальонов, оставивших в 1942-1943 годах кровавый след в Белоруссии. Следует отметить, что обстоятельства создания легиона и кадровый состав его ядра в той или иной мере нашли отражение в латышской историографии. Отмечается, что 24 января 1943 года рейхсфюрер Гиммлер в ходе поездки на фронт на основании устного «разрешения и повеления» Гитлера приказал объединить воевавшие под Ленинградом 19 и 21 латышские полицейские батальоны в составе 2-ой моторизованной бригады СС, присвоив им наименование «Латышский добровольческий легион СС».  Письменный приказ Гитлера последовал 10 февраля 1943 года. [4] В апреле на основе шести полицейских батальонов была сформирована Латышская добровольческая бригада СС в составе 1-го (16, 19 и 21 «закрытые батальоны службы порядка») и 2-го (18, 24 и 26) полков. [5] Именно эта бригада впоследствии будет развернута в 19-ю добровольческую дивизию СС (приказ о формировании от 7 января 1944 года).

Одновременно был произведен набор добровольцев и проведена мобилизация для 15-й латышской добровольческой дивизии СС, три полка которой (3-й, 4-й и 5-й) были сформированы к середине июня 1943 года. Деятельность красных партизан в Латгалии (Восточная Латвия), имевших тесные связи с белорусскими отрядами в «партизанском краю» на стыке трех советских республик (Белорусская ССР, Латвийская ССР и РСФСР), могла угрожать успешному проведению немцами и местными коллаборационистами этой мобилизации, что стало одной из причин развертывания в Белоруссии крупномасштабной карательной операции «Зимнее волшебство» (Winterzauber). [6]  В дальнейшем новые контингенты Латышского легиона проходили подготовку в прифронтовом районе под руководством инструкторов из полицейских батальонов. Следует отметить, что все легионеры давали присягу на верность Адольфу Гитлеру.

Тенденцию к «рафинированию» истории Латышского легиона СС, его глорификации путем выставления в качестве «национально-освободительного» соединения, преувеличения боевой доблести легионеров, замалчивания преступлений и массового дезертирства, отмечавшегося в 1944-1945 годах, задали бежавшие на Запад бывшие высокопоставленные легионеры-эсэсовцы (Р.Бангерскис [7], А.Силгайлис и др.). В латышской эмиграции также была предпринята попытка оправдаться перед современниками и потомками, описав будни карателей из полицейских батальонов в 1942-1944 годах исключительно как борьбу с «вооруженными бандитами» (партизанами) и назвав судебный процесс 1961 года против девяти членов 18-го полицейского батальона, повинных, в частности, в уничтожении узников Слонимского гетто, «дикарским актом русских коммунистических империалистов».  [8] Этот сплошной поток лжи вызывает скупые упреки в «одностороннем» изложении фактов даже у некоторых латышских историков. [9] В частности, доктор исторических наук К.Кангерис, работающий в Стокгольмском университете, вынужден был сделать «неприятное признание», что «члены латышских полицейских батальонов стали наёмниками, которым платят за проведенную работу». В целом он приходит к выводу, что «полицейские батальоны для немецкого полицейского руководства были своего рода иностранным легионом, который можно использовать всюду и по любым надобностям». [10]

Однако подобные трезвые оценки в современной Латвии игнорируются. Не так давно бывший командир ударного взвода 19-й дивизии Ваффен-СС, автор русофобских брошюр и статей, а ныне – депутат Сейма Латвии Висвалдис Лацис с претензией на воспитание молодого поколения представил книгу «Латышский легион в свете истины», в которой  оправдывает латышских офицеров, давших присягу Гитлеру еще в мае 1941 года (!) в надежде на скорую войну с «империей Кремля» [11], и скрупулезно приводит цитаты из благожелательных высказываний на Западе о легионерах - «борцах с большевиками». И ни одного слова о преступлениях против женщин, детей, стариков!

Впрочем, чему тут удивляться, если депутат парламента Латвии и пламенный борец за «правду» в отношении «цвета нации» сам приложил руку к злодеяниям на белорусской земле? Висвалдис Лацис с приходом немецких оккупантов в Ригу сразу же записался добровольцем в 16-й полицейский батальон, затем в 1943 году окончил курсы в роте по подготовке инструкторов 266-«Е» батальона и был оставлен там обучать будущих капралов из числа наиболее отличившегося рядового состава полицейских батальонов. [12] Там же, в усадьбе «Сужу муйжа» на окраине Риги, проходили обучение и члены «команды Арайса». То есть, до того как стать командиром взвода и попасть в «Курляндский котел», Висвалдис Лацис тренировал убийц белорусских жителей.

Большинство занятых изучением Второй мировой войны латвийских историков, не оспаривая специфическую составляющую в формировании Латышского легиона СС, отстаивают тезис о том, что уж после включения полицейских батальонов в состав соответствующих полков 15-й или 19-й дивизии ни о каких военных преступлениях и речи быть не может. Однако, согласно архивным документам, в операции «Праздник весны» (Frülingsfest), которая проводилась с 11 апреля по 4 мая 1944 года против партизан и мирных жителей Ушачско–Лепельской зоны, в составе «группы Еккельна» боевые действия и карательные акции проводили не только 2–й Лиепайский и 3-й Цесисский полицейские полки при участии 5–го латышского пограничного полка, но и 15–я гренадерская дивизия Ваффен-СС (1-я латышская).

В предлагаемом вниманию читателя сборнике документов приводится множество свидетельств о леденящих кровь ужасах, творившихся латышскими коллаборационистами в Белоруссии. При этом многие из них фиксируют неприглядные факты жестокости, но не раскрывают до конца мотивов преступлений против человечности. Только ли приказ начальства, ощущение безнаказанности и жажда наживы? На русофобские мотивы расправы над населением белорусских деревень проливают свет доклад офицера по особым поручениям тыла «Русской освободительной армии» (РОА) поручика В.Балтиньша представителю РОА в Риге полковнику В.Позднякову от 26 мая 1944 года, в котором он, в частности, пишет: «В 1944 году я приехал в деревню Морочково. Вся она была сожжена. В погребах хат расположились латышские эсэсовцы. В день моего приезда их должна была сменить вновь прибывшая немецкая часть, но мне все-таки удалось поговорить по-латышски с несколькими эсэсовцами. Я спросил у одного из них – почему вокруг деревни лежат непогребенные трупы женщин, стариков и детей – сотни трупов, а также убитые лошади. Сильный трупный запах носился в воздухе. Ответ был таков: “Мы их убили, чтобы уничтожить как можно больше русских”. [13]

В вышеописанных зверствах могли принимать участие не только солдаты 15-й дивизии Ваффен СС или «команда Арайса», но и служащие полицейских батальонов, так как они носили к этому времени как старую латвийскую униформу, так и форму Вермахта и Ваффен-СС [14]. Мотивация зверств, отмеченная в рапорте В.Балтиньша, совпадает с показаниями бывшего офицера 19-го и 321-го латышских полицейских батальонов Альфреда Витиньша. [15] В протоколе допроса от 15 декабря 1945 года он отмечает, что в конце мая 1944 года при встрече с капитаном Межгрависом (командир 321 латышского полицейского батальона) зашел разговор об отсутствии места для ночевки. В ответ Межгравис сообщил: «Да, эту «работу» проводил я, я выполнял приказ генерала Еккельна, который приказал все уничтожить русское на своем пути, я сжег более 200 сел и деревень, сжигали также  детей и стариков, так как с ними некогда было возиться, полегло их тут тысяч 10, а может быть и больше, всего разве упомнишь. За это я получил «Железный Крест». Сжигал и производил я это в 1943 году, а теперь на обратном марше негде остановиться на отдых». И добавил: «Здесь наши батальоны и отряды поработали неплохо, русские долго будут вспоминать Прибалтику. Их и не следует щадить, а уничтожать всех до единого, приказы Еккельна есть приказ фюрера и мы должны защищать их интересы». 3-й Цесисский полицейский полк, в который входил вышеуказанный 321 полицейский батальон, уничтожал в Белоруссии, судя по его военным журналам, «силы террористов, оценивавшиеся примерно в 20 000 человек». В итоге – «к  середине мая все оцепленные районы были очищены от террористов».

В состав предлагаемого вниманию читателя сборника вошли документы из Национального архива Республики Беларусь, Центрального архива Федеральной службы безопасности России и Центрального архива Министерства обороны Российской Федерации, большая часть из которых публикуется впервые.

Все документы расположены в хронологическом порядке, и снабжены заголовками, в которых указывается порядковый номер документа в сборнике, его тип, автор, адресат и содержание. В случае если документ содержит значительный объем, не относящийся к теме сборника, часть текста опускается и обозначается отточием.

Текст публикуемых документов передан в соответствии с современными правилами орфографии и пунктуации, стилистические особенности документов сохраняются. Неисправности текста, не имеющие смыслового значения (опечатки, орфографические ошибки), исправлены в тексте без оговорок.

ПРИМЕЧАНИЯ:

1. См.: Нацистская политика геноцида и «выжженной земли» в Белоруссии (1941 – 1945). Минск, 1984; Карательные акции в Беларуси / Сост. В.Я. Герасимов, С.М.Гайдук, И.Н.Кулан. Минск, 2008.

2. Население России в ХХ веке: Исторические очерки. М., 2001. Т.2. С. 50.

3. См.: Латвия под игом нацизма: сборник архивных документов. – М., 2006. – С.311-328.

4. Bleiere D., Butulis I., Feldmanis I., Stranga A., Zunda A. Latvija Otrajā pasaules karā (1939-1945). - Rīga, 2007. – 356. lpp.

5. Silgailis A. Latviešu leģions. - Rīga, 2006. – 47. lpp.

6. Антинацистские партизаны в Латвии (1942-1945). – Рига, 2008 - с.90.

7. Bangerskis R. Mana mūža atmiņas. – Kopenhāgena, 1959.

8. См.: Latviešu karavīrs Otra pasaules kara laikā: Dokumentu un atmiņu krājums. II: Pirmās latviešu aizsardzības vienības Otrā pasaules karā / Red. O.Freivalds, O.Caunītis. – Västerås, 1972.

9. Kangeris K. Policijas struktūras Latvijā vācu okupācijas laikā (1941-1945) // Okupētā Latvija 20. gadsimta 40. gados (Latvijas vēsturnieku komisijas raksti, 16. sej.). -  Rīga, 2005. – 279. lpp.

10. Kangeris K. Latviešu policijas bataljoni lielajās partizānu apkarošanas akcijās 1942. un 1943 gadā // Totalitārie okupācijas režīmi Latvijā 1940. – 1964. gadā (Latvijas vēsturnieku komisijas raksti, 13. sej.). -  Rīga, 2004. – 333. lpp.

11. Lācis V. Latviešu leģions patiesības gaismā. -  Rīga, 2007. – 239. lpp.

12. Там же, с. 119.

13. См.: Источник,  М. 1998, № 2, с.74 -75. (публикация с реквизитами Государственного военного архива г. Фрайбурга (Германия): ВА-МА. МSg 149. Ваnd 4. В1. 165-166. Оригинал. Машинопись.

14. Lācis V. Latviešu leģions patiesības gaismā. -  Rīga, 2007. – 119. lpp.

15. 3-й Цесисский полицейский полк, в который входил вышеуказанный 321-й полицейский батальон, уничтожал в Белоруссии, судя по его военным журналам, «силы террористов, оценивавшиеся примерно в 20000 человек». В итоге к середине мая 1944 года все оцепленные районы были «очищены от террористов».

08.09.2009

 

Вернуться назад Версия для печати
 
 
 
В случае опубликования материалов ссылка на "Riga.Rosvesty.ru" обязательна.
Федеральный еженедельник «Российские Вести»
Все права защищены 2006 ©